Багратион (повысив голос). Я приказываю замолчать.
Генералы замолчали.
Ермолов. Это все правильно, господа, но так действительно не годится.
Раевский. А как же иначе, Алексей Петрович, ведь половину России без боя оставили! Наши солдаты не закоптили стволов пороховым дымом. Я уверен, что Барклай-де-Толли оставит Смоленск без боя.
Константин Павлович (кричит). Барклай — предатель!
Багратион (еле сдерживая себя). Молчите, ваше высочество!
Константин Павлович. Как вы смеете!
Багратион. Барклай — честный человек, и я как ваш главнокомандующий вторично приказываю прекратить этот разговор.
Константин Павлович. Вы забываете, ваша светлость, что я наследник престола. (Быстро повернулся и вышел.)
Ермолов догнал его в зале.
Ермолов. Ваше высочество, убегать не годится. Рассердится князь.
Константин Павлович. Вы думаете? (После паузы, вдруг вспомнив, сердито.) Но он меня оскорбил!
Ермолов. Вы ошибаетесь. Просто происходил военный разговор в спартанском духе. Историки оценят вашу выдержку. Вернитесь и помиритесь с ним!
Константин Павлович (быстро возвращается, подходит к Багратиону, который стоит спиной и смотрит в окно. Тронул его за руку). Петр Иванович, простите, что я вас расстроил.
Багратион (обнимает за плечи Константина Павловича и показывает в окно). Видите, ваше высочество, какой замечательный Смоленск? Западные ворота страны нашей. Вот город, в котором столько умирали за Россию. Вот страна обширная, цветущая, в которой можно гордо жить, за которую умереть можно без колебаний. И если не здесь, то где же мы должны защищать судьбу нашей земли? (Быстро поворачивается. Кохте.) Ну, Кохта, шпагу мне, ордена и парадный костюм! Я должен явиться с визитом к министру и главнокомандующему генералу Барклаю-де-Толли. (Расстегивает пуговицы мундира.)
Дохтуров (встал). Значит, мне опять дело будет.
Сен-При. Ваша светлость, что передать делегации смолян?
Раевский. Передайте, что князь Багратион решил защищать Смоленск.
Багратион. Передайте, что армии российские соединились, и главнокомандующий Барклай-де-Толли решил защищать Смоленск, и генерал Багратион этому очень рад.
Занавес
Акт второй
На холме, среди начавших уже желтеть полей, стоит шалаш главнокомандующего Барклая-де-Толли. Заходящее солнце освещает шалаш. Горизонт слева застлан дымом, освещенным пламенем пожара. Чем ниже спускается солнце, тем краснее и ярче горит пожар. Со стороны пожара доносится гул боя. Справа виден неширокий Днепр. У шалаша стоят Платов, Воронцов и Коновницын. Они смотрят в подзорные трубы в сторону пожара. В шалаше у рабочего стола сидит Ермолов и пишет. Перед столом ходит Барклай-де-Толли. К группе наблюдающих генералов быстрыми шагами подходит Кутайсов.
Кутайсов (взволнованно). Есть бой, но нет решения. Проклятие! Две дивизии храбрецов дерутся против всех маршалов Франции, а наши главные силы изнывают от бездействия. Почему нет приказа о генеральном наступлении? О чем думает Барклай?
Коновницын. Как дела у Дохтурова?
Кутайсов. Маршал Даву второй раз атакует ворота города. Все холмы покрыты трупами французов. Прославленный маршал удрал, не подобрав раненых.
Воронцов (смотря в сторону пожара). Горит город. Как смола, горит Смоленск!
Барклай-де-Толли стоит прямой и неподвижный, как мумия, и только рука па черной перевязи несколько нарушает прямую и мертвую линию его фигуры. Когда он говорит, оживает его сухой рот с тонкими, как будто мертвыми губами.
Барклай. Господин Ермолов, в письменной форме передайте генералу Кутайеову мое предупреждение, что если он не оставит свои бравады и будет без моего разрешения вмешиваться в бой, то я его пошлю в Петербург… Где это слыхано, чтобы генерал артиллерии сам принимал участие в рукопашном бою?