— Если честно, мне помогали, ― немного застенчиво ответила она, мельком взглянув на меня. ― Я не справилась бы без помощи.
— Кто бы сомневался, ― язвительно бросила Холли.
— Рада видеть вас, мистер Бейкер, ― тихо сказала она, смотря прямо на меня. Наши взгляды встретились, и я ощутил, как все внутри перевернулось. ― И вас, мисс Тревис.
Холи снова фыркнула, но на это никто не обратил внимания.
— А вот и вы! ― раздался счастливый голос. ― И где вас, позвольте спросить, черти носили? Мы с Эбби устали ждать, пока вы, наконец, притащите сюда свои деловые задницы.
Глаза девчонки испуганно забегали.
— Я так не говорила…
— Да ладно тебе, ― весело рассмеялась Элейн, ― мой брат хоть и совсем не понимает шуток, но знает, что ты никогда бы так не сказала. Ведь ему абсолютно никто не смеет перечить, я права?
— Ты приняла лекарства? ― спросил, игнорируя её сарказм
— Прошу тебя, не начинай, ― вздохнула она, ― мы ведь на празднике!
— Это не праздник. Ты знаешь, что тема вечера серьезная. Как и твоё здоровье.
— Да, я приняла лекарства, ― закатив глаза, ответила она.
— Мне кажется, идея с бокалами просто чудесная, ― втиснулся в разговор Пол, вызывая невольную улыбку на губах Эбби. ― Она очень оригинальная и определенно привлекает внимание гостей.
— Как по мне, так это скорее ребячество, ― съязвила Холли. ― Похоже, эта девочка забыла, что работает на серьезную компанию. Я так и вижу утренние заголовки: «Дарен Бейкер превратил благотворительный прием в детский утренник», ― выплюнула она, а затем осторожно забрала свою руку, ― я поищу Агнесс и попытаюсь хоть немного спасти положение. Возможно, мне это удастся, и она напишет не такую разгромную статью.
Поймал на себе хмурый взгляд Пола.
Чувству справедливости этого парня можно было позавидовать.
— А я думаю, что ты настоящая молодец, ― Эбби подняла на него глаза, ― раньше мне доводилось восхищаться лишь твоими зарисовками, но теперь я знаю, что они лишь малая доля того, что мне посчастливилось увидеть. Это просто сказка, ― затем он сжал её плечо и добавил, ― самая настоящая.
— Я думаю точно так же, ― улыбнулась Элейн, подъезжая к ней ближе. ― Для того, чтобы организовать всё это, нужно не только желание, но силы, упорство и огромный талант. Не каждый профессионал способен сотворить подобное, не то, что любитель, ― усмехнулась она, и я заметил, как искренне улыбнулась Эбби.
— Кстати, насколько я помню, ты обещала нам что―то запоминающееся.
— Да! ― после слов Пола её глаза загорелись. ― Надеюсь, вам понравится! Особенно тебе, ― добавила, сильнее сжимая руку Элейн.
Затем коснулась своего микрофона, и почти в ту же секунду свет в зале погас.
Послышалось изумленное перешептывание гостей.
На автомате начал придумывать, как разгребать последствия, а заодно и перебирать в голове способы, которыми буду убивать эту невыносимую девчонку.
Потянулся к мобильнику, чтобы позвонить электрику и спасти хоть что―то от этого вечера, но неожиданная вспышка света заставила меня замереть.
Сцена загорелась серебристо―синими огнями, а по полу иллюминацией забегала вода. Все в зале восторженно ахнули, удивленно осматривая магию под своими ногами.
— Как ты это сделала? ― улыбаясь, весело кричала Элейн, пока Пол забирал шампанское с подноса проходящего мимо официанта.
— Это еще что! ― рассмеялась Эбби, а затем указала на сцену. ― Ты туда посмотри.
Она послушно развернулась, наблюдая за тем, как сцена переливается всеми возможными цветами. Как сверху спускаются композиции из белых цветов, с которых свисают ярко мигающие гирлянды, освещающие всю площадку.
Зрелище и без того было впечатляющим, а когда огромный шар начал вертеться, прямо из его ядра вышла девушка. В этот момент заиграла музыка.
Ее небесно―белое платье заиграло, а светлые волосы рассыпались по плечам.
Она подошла к микрофону, и я услышал, как ахнула Элейн.
— О Господи, глазам своим не верю…
— Это… ― Пол даже дар речи потерял. ― Это же…
— Лара Фабиан, ― тепло улыбнулась Эбби.
— Эта песня… ― выдохнула Элейн, по щекам которой струились слезы. ― «Ты ― мое сердце». Моя самая любимая.
В абсолютной тишине все присутствующие слушали светловолосую итальянку, восторгаясь её божественным голосом и завороженно ловя каждое её слово.
Но я смотрел совсем не на неё.
Я не мог оторвать глаз от девушки, которая держала за руку мою сестру ― единственное дорогое, что у меня было. Наблюдал за тем, как искренне менялись эмоции на её лице: как она супила брови и кусала губы, как высоко вздымалась её грудь, и как она пальцами другой руки сжимала спинку коляски.