А главное, какого черта его сестре пришло в голову их знакомить?
Неужели это было так необходимо?
Сильнее сжал в пальцах бокал, который, наверное, лопнул бы, если бы мою руку не накрыла дружеская ладонь.
Пол встал рядом и без единого намека на веселье посмотрел мне в глаза.
— Ты в порядке?
— В полном, ― процедил, а затем резко поставил стакан.
Отвел взгляд, но слишком поздно ― Пол всё понял.
Я знал это. Потому что мой друг не был полным идиотом.
— Элейн приняла необходимые лекарства. Ты можешь не волноваться, я все проконтролировал.
— Когда все закончится, отвези её домой.
— А ты?
— Сначала решу кое―какие дела.
Одна лишь мысль о том, что кто―то дотрагивается до этого светловолосого ангела, сводила с ума. И с каждым разом сдерживать эмоции внутри становилось всё труднее.
Какого хрена со мной происходило?
Кажется, я задавался этим вопросом слишком часто, но ещё ни разу не получил даже гребаного намёка на ответ.
Зато ощущал, как новые эмоции накрывают каждый раз, когда я думал о ней или она просто находилась рядом. И даже привычный, обыденный гнев обретал какие―то совершенно новые, ранее несуществующие оттенки.
Чужая рука скользнула по её талии. Сладкий шепот заставил робко улыбнуться. Почему она улыбалась?! Почему она, твою мать, улыбалась ему?!
Пальцы инстинктивно сжались в кулаки.
Костяшки побелели, а ногти до боли впились в кожу.
Я почувствовал, как кровь в жилах замедлилась, как оголился каждый нерв внутри, а инстинкты почти полностью взяли верх над разумом ― Зверь просыпался. И он был чертовски разъярен. Был готов рвать в клочья.
Безжалостно. Варварски. Как можно сильнее мучая свою жертву.
А точнее, этого донжуана в халате, фривольно посягнувшего на то, что ему даже не принадлежало. И принадлежать никогда не будет ― уж в этом сомнения не было.
Эбигейл что―то сказала Мартину и неожиданно оступилась. Я дернулся, готовый подбежать к ней настолько быстро, насколько это было возможно.
Но не пришлось.
Не мои руки подхватили её.
Не мои руки прижали её сильнее.
И застенчиво улыбнулась она тоже совсем не мне.
Твою мать, как же всё чесалось.
Как же сильно хотелось подойти и…
Когда расстояние между «парочкой» сократилось сильнее, я сорвался.
— Да пошло оно всё, ― прорычал, и до боли стиснув зубы, направился в зал.
Я заметила Его еще несколько минут назад.
Дарен стоял у стены и, казалось, спокойно наблюдал за гостями, но отчего―то я чувствовала его взгляд именно на себе.
Показалось или…
Нет. Эбби, милая, спустись с небес на землю и перестань грезить о невозможном.
Разве может такой статный мужчина как Дарен Бейкер выбрать объектом своего внимания простую и невзрачную… меня?
В зале было столько шикарных женщин, которых я не побоялась бы назвать красавицами. Их внешность и манера поведения, наверное, были настоящим эталоном. До которого мне самой вряд ли было по силам дотянуться.
— Ты в порядке?
— Что?
Подняла глаза и неожиданно оступилась, не удержав равновесие. Грег подхватил меня, предотвращая позорное падение, которое, если бы не он, точно бы состоялось.
— Прости, ― улыбнулась ему. ― Говорила же, что совсем не умею танцевать.
— А мне показалось, что ты прекрасно танцуешь.
— Я неуклюжая, ― объяснила, напоминая, как только что едва не шлёпнулась. ― Особенно в танцах.
— Пока я рядом, тебе нечего бояться. ― он сильнее притянул меня к себе. ― Если только ты не мечтаешь стать звездой этого вечера, тогда, я могу помочь, ― прошептал Грег, и, не выдержав, я залилась смехом.
— Не мечтаю. Но если мне очень захочется ― я непременно к тебе обращусь.
— Буду рад помочь, ― весело подмигнул он.
Я улыбнулась и покачала головой.
Мы познакомились менее получаса назад.
Казалось, чужие друг другу люди должны ощущать хотя бы некоторую неловкость, танцуя вместе. Но чувство легкости рядом с этим мужчиной появилось почти тут же. И весь танец ни на секунду меня не покидало.
Я уже в который раз задержала свой взгляд на его улыбке ― она была не такой, как у других мужчин. Не хищная. Не собственническая. Не фальшивая. А самая искренняя и настоящая. Улыбка, за которой ничто не скрывалось. И которая ничего не требовала взамен.
— Ты случайно ничем не разозлила хозяина вечера?
Моргнула, не сразу осознавая вопрос.
С губ чуть было не сорвалось справедливое «что?», но затем я вспомнила, что Дарен Бейкер, как и Брюс Беннер, был зол постоянно.