Между прочим, такая она мне больше нравится. Но, судя по всему, сейчас пребывает в шоке?
Ну ладно тот чел — типичный придурок. Можно было его раздавить, как таракана тапком. Но таких меньше не станет, а девчонке не хотелось создавать проблем, хотя я был на волоске от того, чтобы свернуть ему на хрен шею.
А ей меня бояться не стоит. Я же вроде этот... Спаситель?
Смех.
Открываю термос, наливаю чай.
— Пей, — протягиваю ей стаканчик, из которого идёт терпкий и пряный аромат наряду со струйкой пара.
— Не хочу...
— Хочешь.
Послушно принимает напиток из моих рук. И это верное решение. Сейчас я не намерен заниматься перевоспитанием. Сейчас я просто хочу ее.
Да. Именно животную потребность в себе ощущаю. А затем нечто чуждое — мягкое, нежное, пряное… как гребаный имбирный чай.
— Спасибо, — звучит от нее в качестве обыкновенной награды.
А необыкновенная ещё впереди?.. Ухмыляюсь сам себе, пока она снова упирается взглядом в лобовое и ни слова больше не произносит.
Ладно.
Домой так домой.
Плавное нажатие на педаль газа, и мы катимся бесшумно. Сначала по парковке, на которой чувака уже не видно, затем по улицам, освещённым яркой новогодней подсветкой.
Ветер играет с падающим на лобовуху снегом. Фары подсвечивают его маленькие крупицы, от чего создается иллюзия танца.
Посматриваешь в окна машины, и складывается ощущение, что звуки города затихли, и единственное, что слышно — это треск снега под шинами. И то, как соседка тихонько попивает чай.
Поиграем в молчанку?
Похоже на то. Слова сейчас ни к чему, поскольку жутко хочется тормознуть тачку и приступить к действиям.
Едем. Не гоним. Смысл?
Да, я люблю растягивать удовольствие, и эта ситуация не исключение.
А ещё фоном играет мелодичный хип-хоп, дерзкие слова которого создают ещё большее напряжение в салоне. Заодно у меня в штанах.
«Детка, ты моя конфетка,
Возьму и оближу,
А потом сосн...»
Прямо сидящая Люба принимается ёрзать на своём сиденье.
Ухмыляюсь и нарочно делаю громче:
«Не напрягайся,
Просто расслабляйся,
Здесь только ты и я,
Только ты и я.
А, а, а...»
Тут она расстёгивает куртку, и звук «вжик» заставляет меня взглянуть на нее.
Ставит чай в подстаканник и обмахивает лицо ладонями.
— Жарко...
Сбавляю печку, а звук музыки — нет.
«Е, е, е, детка,
Ты моя конфетка...»
Краем глаза наблюдаю, как она потирает сзади вспотевшую шею. Собирает длинные волосы рукой и перебрасывает их на другое плечо. Хватает пальцами пуговицу блузки с шикарным бюстом, расстегивает и... Бл*. Дует туда воздухом, через вытянутые трубочкой пухлые губки.
Поздравляю, млять! Мой «чайник» кипит.
«На колени, детка,
Ведь ты моя конфетка.
Поиграй со мной»...
Теперь моя очередь ерзать и смущаться, как пацан сопливый.
«А, е, а, камон» ...
Тяжело выдыхаю. Ни фига не легче.
— Как тебя зовут?
Неожиданно и смело.
— Может, без имён? — предлагаю с кривой усмешкой.
На самом деле, рядом с этой Любой сложно себя контролировать. В салоне реально пахнет сексом.
Она чуть хмурится, когда смотрит на меня в ответ.
Красивая. Даже слишком. Тому челу такая вообще не по зубам.
— Нечестно. Мое имя ты знаешь, — заметно расслабляется и становится храбрее.
— И что тебе даст мое имя? — снова устремляю взгляд на нее. Он тут же падает на грудь с выглядывающей из-под блузки четкой и привлекательной ложбинкой.
— Я же должна знать, как зовут того, кто помог мне...
Замолкает. И, словно скинув с себя состояние лунатика, она начинает обеспокоенно вглядываться в окна тачки.