Выдыхаю в потолок салона.
Не получается. У меня и вправду тахикардия. Чё делать?
«Я сегодня с девочками тусуюсь допоздна», — шлет сообщение Милана.
С девочками. Конечно.
Откровенно говоря, мне всё равно, где она и с кем она.
В последнее время между нами установились свободные отношения. Хотя я никогда не заявлял в открытую о том, что мы пара. Вроде бы и встречались, и в то же время нет. Трахались? Не без этого. Но и на стороне оба отлично проводили время.
Мы не клялись друг другу в любви вечной, однако нас кое-что связывает. И это, бл*ть, меня напрягает больше всего.
«Хорошо», — следует мой короткий ответ.
Три бегающие точки возле ее имени, и тут же:
«Ты в порядке?»
Какой там... Странно, что ее волнует мое состояние. В данный момент я точно не в порядке.
«Да», — снова коротко.
На этот раз мое сообщение прочитано, но остается без ответа. И не надо.
Плавно нажимаю на педаль газа, и принимаюсь неспешно крутить руль. Передвигаясь по парковке, понимаю, что ехать в свою квартиру нет желания. Потому что я, мать твою, разрядку не получил! Тусить с наполненными яйцами как-то не айс. И хочу я не просто какую-то там тёлку левую, а именно ту, что разбирается в тактичности.
Ну вот опять... В трусах реальный кипяток, от чего мысленно обращаюсь к своему дружку, призывая остудиться.
Уже готов долбануть кулаками по рулю и взвыть на луну от облома вечернего, как в лобовухе вижу сцену: возле старого потрепанного «пыжика» трется парочка. Я бы проехал мимо, мало ли кто там и что там... Но мужик в анораке блевотного цвета буквально выворачивает руки девушке и орет ей в лицо, разбрызгивая слюну.
Подъезжаю ближе, и в этот момент она бросает обеспокоенный взгляд на мою машину. И смотрит.
Я узнаю ее...
Судя по ее округлившимся глазам, меня тоже узнают, как только резко торможу и выпрыгиваю вон из тачки.
Глава 5
Люба
— Я никуда с тобой не поеду, — стону откровенно, выдергивая руки из сильной хватки Кирилла.
— Поедешь, — цедит и тащит за собой к машине.
— Нет! — кричу и торможу. Едва не поскальзываясь на месте.
Мой бывший встряхивает меня, успевая схватить за грудки.
— Люба, не беси, — скрипит он зубами. — Ты знаешь, что лучше меня не злить.
— А то что? Ударишь? — отталкиваю его от себя. — Что ж, давай. Врежь уже свою оплеуху.
— Дура, заткнись...
— Не заткнусь! Мне надоело, понятно?! Я хочу, чтобы ты отстал от меня! И оставил мою семью в покое!
— А твоя семья этого не хочет! — орет в ответ на всю парковку. — Она хочет бабок и бухла. Бухла и бабок! И я могу все это дать.
— Мне от тебя ничего не нужно!
— Скажешь это своей матери, когда она опустошит последнюю бутылку вонючего пойла.
— Ненавижу тебя, мразь! — набрасываюсь на него с кулаками. — Ты помогал ей спиваться все это время! Ты!..
— Всё не так...
— Ненавижу тебя!
— От ненависти до любви — один шаг, Люба, — перехватывает мои руки и больно сжимает кисти. — Полезай в машину. Не дури. Отвезу тебя домой.
— Нет! Не трогай меня!.. Я не хочу.
— Полезай!
— Я хочу танцевать!..
— Натанцевалась уже.
— Я хочу гулять!
— Нагулялась!
— Я хочу... с подругами отрываться!
— Только не с этими шлюхами.
— Я хочу трахаться!.. Понятно?! — сама от себя не ожидаю, но уже и не остановлюсь. — И не с тобой!
— Ах вот как?..
Кирилл дышит часто, раздувая свои ноздри. Его трясет так, словно находится под сильным напряжением.
— Да! Вот так!
Я тоже трясусь. От всего. От злости, холода. Обиды...
— И с кем? С тем ушлепком-мажором? — ревет на меня разъяренно, плюясь.