- Аниран, Ваше Высочество, - принялся размахивать он руками, пока мы издали наблюдали за тем, как приводится в порядок Восточное крыло королевского дворца. Работы там были практически завершены. – Есть срочные новости для ваших ушей.
Фелимида быстро пропустили. Он остановился передо мной и принцем, стараясь не обращать внимание на злой взгляд Иберика. Чтобы снять тяжёлый груз с его плеч, парню я рассказал, как прошёл мой тет-а-тет с Фелимидом. И с тех пор не сомневался, в чью спину вонзит нож Иберик, если придётся вдруг выбирать.
- Докладывай, королевский дознаватель, - позволил Трифин.
- Шорох последних дней, - захлёбываясь, торопливо начал Фелимид. – Который мы навели в квартале иноземцев, помог вскрыть гнойный нарыв…
- Попроще в речах, Фелимид, попроще, - посоветовал Сималион. Ранее он выслушал меня очень внимательно. И тоже остался крайне недоволен подлыми мыслями королевского дознавателя.
- Стража Северных врат задержала Муадана…
- Королевского обер-камергера? – удивился принц.
- Да, его, Ваше Высочество. Он оделся, как бедняк, но тащил на поводу породистую лошадь, увешанную седельными сумками. Это и озадачило моих людей из охранки, которые теперь несут стражу у каждых врат. А когда его не сразу выпустили, стал предлагать золотые монетки. Чем только усилил подозрение. Его задержали и послали за мной. Он ругался и грозил всем немыслимыми карами, ведь не подозревают они, кто он на самом деле такой. А когда примчался я, когда узнал его, он побледнел…
Я нахмурился. В крайние дни я редко видел Муадана во дворце. Но всё же видел. Хоть слёзы он не проливал, хоть не демонстрировал вселенскую скорбь, ходил мрачнее тучи. Так, будто на самом деле горевал. Во время нападения он заперся на засов в своей комнате и подпёр двери скамьёй. Я помню, мне даже сообщали о том, что его удалось спасти.
Какой ему смысл покидать вновь ставший безопасным Обертон? Зачем?
- Продолжай, Фелимид.
-…Но догадался я, что тут дело не чисто лишь тогда, когда золотые монетки он стал предлагать мне, - Фелимид бросил на меня многозначительный взгляд. – В обмен он просил оказать лишь две незначительные услуги: выпустить его из города и не сообщать ни о чём анирану. Когда он говорил о тебе, аниран, губы его дрожали. В обморок чуть ли не падал… Это меня насторожило. Поэтому я приказал запереть его в темнице. Нутром чую, что-то здесь не так.
Проницательности Фелимида многие могли бы позавидовать. Я сам иногда завидовал тому, как он умеет выстраивать логические цепочки. И хоть пока непонятно в чём провинился обер-камергер, да и провинился ли вообще, стоит покопать в этом направлении. Всё же ситуация нестандартная. Зачем верному слуге короля пытаться бежать? Бежать с золотишком. Бежать, пытаясь подкупить неподкупных работников Фелимида.
- Идём, - резко приказал я. – Идём выяснять.
Всей толпой – и принц, и я были окружены десятком телохранителей – мы направились в королевские казематы. Я на ходу выстраивал стратегию поведения и приходил к выводу, что сразу приму личину «плохого полицейского». Я знал, что Муадан меня недолюбливал и откровенно боялся. Может, не «как огня», но где-то на этом уровне. И не воспользоваться этим я не могу. Я сожму его, как мочалку. И выжму всю информацию, которой он владеет.
В тусклом свете чадящих факелов, длинной цепочкой мы спустились по ступеням. И столпились у металлической решётки, за которой на деревянном топчане сидел перепуганный пузан.
Муадан немного изменился, конечно. Вокруг глаз синие круги появились, волосы неряшливые, щетина отросла. Да и «пузатость» была уже не та. Он всё ещё страдал «зеркальной болезнью», но брюхо свою былинность утратило.
Узрев, в каком жалком состоянии находится королевский обер-камергер, я не почувствовал даже укола жалости.
- Ну вот ты и попался, голубчик, - злорадно произнёс я и вцепился двумя руками в решётку.
Муадан нас заметил. Встрепенулся, вскочил и упёрся спиной в стену. А когда увидел, какими глазами я на него смотрю, начал по стене сползать.
- Нет… Не надо…
У человека, который так себя ведёт, который трясётся лишь от одного вида анирана, на лбу написано, что он виноват. Осталось выяснить – в чём.
- Отпереть дверь! Дайте мне войти! Оставьте с ним наедине! – зарычал на я перепуганного охранника.
- Нет! Не надо! Не надо! – запричитал Муадан. – Только не с ним! Защитите меня. Не оставляйте с анираном.
Здесь уже, думаю, не только у меня не осталось сомнений, что Муадан виновен. Хотелось надеяться, что лишь в воровстве. Иначе…