- Если только он не подожжёт весь мир, как факел, - Эоанит бросил на меня недовольный взгляд. – Да, он пока больше других похож на нашу надежду. Но и он несовершенен. Совершенным стал бы тот, кого бы ты выносила в своём чреве. Ибо за ним стоял бы я. А так… Так мы можем лишь надеяться и молиться.
- Ты ошибаешься, отец. Ошибаешься. Ты всегда ошибался. Ты не видел, чего видела я. Ты не видел, как он жертвовал собой, чтобы спасти других. Ты не видел, как от его речей горели глаза черни, когда он давал надежду. Он, и только он способен спасти наш мир. Ни ты, ни твой безумный соратник не справятся без него. Вы обязаны опуститься перед ним на колени и пообещать любую помощь, которую он потребует. Но вместо этого вы видите в нём драксадара и желаете помешать… Вы, а не он ведёте наш мир к погибели.
- Ты ничего не понимаешь в том, о чём говоришь, - сурово ответил Эоанит. – Не вмешивайся в отношения святой церкви и посланника небес. Тебе это не по рангу.
- Глупец! Твоё противление приведёт к тому, что мир запылает огнём нескончаемых войн. Смирись, что твои несбыточные мечты уже никогда не исполнятся. Преклони колено и предложи свою помощь анирану здесь и сейчас.
- Повременю, пожалуй, - ехидно усмехнулся Эоанит. – Время ещё есть. Как есть ещё посланники небес… Но я хотя бы сбросил со своей шеи тяжёлое бремя – сбросил тебя. В тебе теперь нет нужды. Я уже не верил, что тебе удастся исполнить своё предназначение, пусть даже обходными тропинками. Но раз ты всё же выполнила, и результата, как я и ожидал, не принесла, в тебе больше нет необходимости. Сегодняшний рассвет – последний, когда мы разговариваем. Отныне я не против твоей связи с рыжим бастардом. Да даже с любым конюхом. Но, боюсь, даже конюху ты будешь не нужна, как, очевидно, не нужна посланнику небес. Ибо он, в отличие от тебя, сделал правильный выбор.
Мириам стояла, как оплёванная. Я видел, как подрагивали её пальцы, когда собственный отец с ней так разговаривал. Не как с человеком, а как с неодушевлённым предметом.
Но в этот момент я не испытывал к ней жалости. Любопытные новости, где, оказывается, со мной «спаривались», потому что так изначально планировалось, а не потому что хотелось, немножко выбили из колеи. Вероятно, в голове Мириам миллионы мыслей пронеслись в то утро в имении Фелимида, когда она впервые узрела, кто я такой. Не зря же через секунду свалилась в обморок. И хоть, как я помню, это я хотел оказать ей «великую честь», она ни словом, ни полсловом не обмолвилась, что была бы совсем не против. Наверное, она потому спешила сплавить меня в столицу, чтобы ежедневно не сражаться с искушением. А возможно, тогда она всё ещё любила Фелимида и надеялась заслужить его прощение. Но, так или иначе, какая-то причудливая кривая судьбы всё же свела нас вместе. И Мириам всё же попыталась выполнить задачу, которую на её хрупкие… к-хм… совсем не плечи давным-давно возложили сильные мира сего. Но, как и ожидалось не только Эоанитом, но и мной, ничего у неё не вышло.
Хорошо хоть не вышло. А то мне даже представить страшно, что бы произошло, если бы не только Дейдра, не только Фелимид, но и Эоанит увидели увеличившийся живот Мириам. И это я не только в бытовом смысле имею в виду, но и в глобальном.
Но, несмотря на новые новости, они никак не повлияют на моё отношение к Мириам. Я всегда смотрел на неё как на товарища, а не как на женщину. Ладно, пусть скрытную и не всегда честную, но всё равно как на ту, кому могу доверять.
- Ваш диалог был весьма познавателен, - разрушил я затянувшуюся неловкую паузу. – Всегда лучше знать больше, чем меньше. Но ваши личные отношения, как я давно успел убедиться, давно зашли в тупик. Давайте их там и оставим – в тупике. Ты, несомненно, отвратительный отец, Эоанит. Ну да Фласэз тебе судья. Возможно, в вашем мире даже таких отцов называют «отцами»... Но я бы всё же посоветовал тебе прислушаться к словами дочери. Не стоит испытывать анирана, а стоит ему помогать.
- Об этом я подумаю на досуге, - Эоанит усмехнулся так, будто думать об этом совершенно не собирался. – Но я устал с дороги. Хотел бы отдохнуть. Ведь нас всех ждёт много работы в приближающиеся рассветы. Всего хорошего.
- Ваше Святейшество, - окликнул я, лишь Эоанит отвернулся. И добавил многозначительно. – Если я узнаю, что ты хоть как-то причастен, пощады не жди.
- Не узнаешь, - отбил мячик ракеткой Эоанит. – Ибо это не я.
- Уверен, приближающиеся рассветы помогут рассеять тьму. Ну а пока – добро пожаловать домой. Теперь ты под присмотром посланника небес. А значит, покидать Обертон тебе запрещено. Наслаждайся одиночеством в храме.
Эоанит наградил меня многообещающим взглядом. Но так ничего не сказал. Повернулся и направился к святым отцам, которые смиренно ждали его в отдалении.