Да, признаю свою ошибку, действительно не стоило шляться по чужой комнате, но ведь я человек, а не робот, мне тоже свойственен чрезмерный интерес. Он же жаждет узнать правду о своём брате, даже меня о помощи попросил, тогда почему я единственная в этом доме не знаю ничего? Меня впутали в непонятную игру и надеются, что я буду плясать под чужую дудку. Не будет этого!
И вообще, у меня семья рушится, рушатся убеждения. Я же с детства подкармливала свою ненависть к этим двоим. К Яру. А теперь все что мне осталось, это непонятно откуда взявшаяся любовь. То есть не любовь, а симпатия. Да, именно так!
— Не знаю, Мира. Ты первая соврал мне. — Ответил парень уже не так яростно. Видно, что и ему вся эта ситуация неприятна.
— Да, соврала. Но что ты ожидал, твой взгляд метал молнии, и последний раз, когда я смотрела в такие твои глаза, ты попытался меня ударить. — Я неосознанно начала кусать губу, вновь причиняя себе боль и заставляя кровоточить нижнюю.
Пока я топталась на месте, туша в себе вспыхнувшую злость, Влад тоже боролся. Сам с собой.
— Виар, выведи на экран телевизора видеозапись за последние десять минут и перемотай на момент, когда Мирослава проникла в комнату. — Сухо сказал парень, не смотря на меня. Сейчас его внимание было обращено на телевизор.
Неприятно это конечно, осознавать, что так и не смогла заслужить доверия, но такова, видимо, моя участь.
Никто никогда не стремился со мной общаться из ровесников, избегая, сторонясь и лишь наблюдая за мной со стороны, как за диковинной зверюшкой.
— Знаешь, Влад, я думала мы подружились, но оказалась нет. Если ты не можешь мне поверить в такой мелочи, какая вообще может идти речь о сотрудничестве? — Мне было больно. В этот момент я совершенно не осознавала, что говорю, случайно выдавая наш с ним секрет, договоренность.
Видя, с какой внимательностью парень смотрит на запись, словно уже все для себя решил и уверовал в моей виновности, развернулась, стремясь покинуть общество этого недоверчивого парня. Надеюсь, Яр не попрется следом. Мне сейчас нужно побыть одной.
— Подожди, Мира. — Влад схватил меня за руку, останавливая у двери. — Прости.
— За что простить, Влад? — Я, не поворачивалась, так и продолжала стоять лицом к двери. — Ты не виноват, это я, наивная дура, посчитала, что обрела первого в своей жизни друга.
Сказав все, что хотела, попыталась вырваться из захвата и открыть дверь. Но мне не дали.
Парень захлопнул её, прижав рукой только-только начавшую открываться дверь.
— Прости, пожалуйста, прости за моё недоверие и за то, что тогда чуть не ударил тебя, что сейчас вновь не стерпел и начал орать. Прости, Мира, ты действительно мой друг. В детстве ты оставила меня, прошу, не уходи опять. — Боль в голосе Влада окатила как ушат холодной воды, заставив замереть. Но ещё большей неожиданностью стали внезапные объятья со стороны парня.
Он прижался своим телом к моей спине, заключая в кольцо крепких рук.
— Пожалуйста, не исчезай вновь. — Прошептал парень, уткнувшись в мою макушку.
Слёзы на глазах проступили сами. Клянусь, эта самовольная вода в наглую, непонятно с какого перепугу начала заливать мой подбородок и капать дальше, орошая пол и руки парня, сцепленные у меня на животе.
— Хорошо. — Прохлюпала я, кое-как выдавив из себя слова. Правильно говорят, я слишком сентиментальная и добрая.
Бли-и-ин, ну почему и второй мой приход в эту комнату закончился так удручающе? Этот дом проклят, что ли? Или наша тройка проклята?
— Померились, детки из детского сада? — Вторгся насмешливый голос Яра в нашу идиллию. — Отлично, теперь же можете отлепиться друг от друга.
Ярослав бесцеремонно выдернул меня из объятий Влад, собственническим движением прижимая к себе. Когда он вообще успел подойти?
Старший брат, когда заметил слезы на моем лице, заботливо стёр каждую слезинку на лице большими палацами рук. Нежность его движений будоражила, заставляла чувствовать себя защищенной.
— Ну что за чувствительный ребёнок. — Яр улыбался, так ярко и солнечно, что мне и самой сквозь слезы захотелось улыбнуться. Отдельно стоит отметить ямочки, которые проявили себя и приковали внимание. — Влад, ладно Мирослава, но ты то чего сопли распустил?
— Чушь. — Просипел парень, отворачиваясь.
Что-то мне подсказывало, парню было сейчас очень стыдно. И не предо мной, а перед своим старшим братом, который, паразит, насмехался над чувствами младшего.
— Я ведь так и не поиграла, заговорилась с Виаром. Влад, ты действительно сам его создал? — Попыталась я разредить обстановку.
— Да. — Было мне ответом.