— Но не на столько, чтобы рассказать о себе правду… — Я хотела ещё что-то сказать, но слова застряли в горле, а вместо этого вырвался жалкий всхлип.
— Ты права. — Парень кивнул. Рука за его спиной вновь показалась и в ней было что-то непонятное.
— Спасибо. — Прошептала, рассматривая шприц, который был наполнен какой-то белой прозрачной жидкостью.
— За что? — На секунду смутился парень, но шприц все равно уверенно приближался ко мне.
Яр собирался ввести непонятную жидкость в меня. Уверена, именно я была его целью. И странное дело, я не сопротивлялась. Даже желания не возникло.
Руки одеревенели, ноги тоже. И только лицо сохранило способность двигаться. По щекам продолжали течь слезы, горькие и словно бы обжигающие.
— За правду, — прошептала, на секунду прикрывая глаза.
Не могу видеть эти глаза с мириадами звезд. Сразу на ум приходят свои, только влюблённые, я же не умею скрывать своих чувств.
Правда открыть мне все же их пришлось. Когда почувствовала около шеи острый шприц, холодивший кожу, распахнула веки и приоткрыла рот, хватая ртом воздух.
— Прости. — Извинился парень и воткнул шприц, впрыскивая мне под кожу яд. На самом деле я не знала, что именно это, увы, по одному цвету не определить, но, чтобы там не было, для меня это был самый настоящий яд. Отравивший душу изнутри и зародивший непонятное чувство внутри.
Кажется, внутри что-то умирало, корчилось в предсмертных муках.
— Ничего. — Нашла я в себе силы улыбнуться. Сквозь пелену слез я уже не могла рассмотреть парня. Он все больше растворялся во мгле.
Одной из последних мыслей, перед тем как сознание полностью покинуло меня, была: «Все-таки любовь не всегда навсегда. Хотя мне больше подходит фраза про безответную любовь…».
И все, пришёл мрак, принесший с собой холод, заморозивший меня, как снежную королеву в той грустной и пугающей сказке.
Фиговое все-таки чувство любовь.
Ярослав наблюдал, скрепя сердцем, за тем как Мирослава сначала покачнулась, затем медленно закрыла глаза, а потом рухнула в его объятия.
Бережность, с которой он её поймал, поражала.
Как же можно, не любя, обращаться с девушкой, как с самым ценным драгоценным камнем.
Яр ненавидел сейчас себя больше всех на свете. Если бы не его положение в обществе, не его работа и люди, окружающие его, он бы без зазрения совести прижал бы к себе Мирославу и не отпускал бы никогда.
Окунуться в водоворот чувств вместе с этой девушкой — единственное желание парня, который давно потерял вкус жизни.
Но как он может подвергнуть её такой опасности? Малышка сама не понимает, что просит. Узнай она его истинное лицо, может быть, Мирослава приняла бы его таким, смирилась или попыталась бы смириться, но те, кто окружают Ярослава, рано или поздно сломали бы девочку. Она представляла для парня, потонувшего в своих грехах и грехах других, лучик света, единственный способный согреть.
Её стремление помочь, сродни милосердному порыву как в книгах и фильмах, до добра не доведет. Ведь в этой истории все не как в красивых романах, на кону стоят деньги, огромные, за которые каждодневно погибают пачки людей.
Мира — единственное существо на планете, за которое Яр готов отдать жизнь, если придётся. Она его слабость. Даже имя, выбранное им как псевдоним или кличка в криминальном мире, связанно с ней.
Девушка, сама того не осознавая, однажды подтолкнула его на этот путь, хотя парень её никогда не винил.
Парень пока думал, сжимал кулаки с такой силой, что их сводило.
Его буквально разрывали чувства.
Отбросив в сторону шприц, он подхватил девушку на руки и понес в часть дома, где её никто не сможет найти и не потревожит сна.
Только хрупкое тело девушки не давало парню сойти с ума и выместить свою ярость на окружающих.
Переместив девушку в комнату, являющуюся таким же тайником, как и комната с роялем, парень остановился и какое-то время наблюдал за мирно поднимающейся грудью девушки. Его не привлекала сейчас её красота или соблазнительные округлости. Именно сама она, как человек, которого он просто не мог себе позволить любить, заставляли его сходить с ума.
Если любишь, отпусти…
Но он не любил, то, что он испытывал к ней, было сильнее и сводило с ума.
— Зачем ты пришла ко мне, почему позволила завладеть тобой? Зачем? — Парень наклонился над Мирославой и аккуратным движением руки откинул пушисты пшеничные волосы с её кукольного лица. — Только расстояние спасало тебя и меня. Теперь же…
Парень опустил руку ниже, прикоснувшись к засосу на её шеи, который еще недавно был скрыл шарфиком, слетевшим где-то в доме, пока он её нес.