Стиснув зубы, поднимаюсь с постели. Гнев накатывает обжигающей волной, сжигая меня сильнее, чем страх. Металлический запах крови и железа вызывает приступ тошноты. Я сжимаю челюсти до звона в ушах.
Выскакиваю из спальни, дыхание сбивается с каждым шагом. Подхожу к лестнице, хватаюсь за чугунные перила и напряженно вслушиваюсь. Внизу — тишина. Слишком зловещая тишина.
Дом выглядит безлюдным... или так только кажется?
Я облизываю соленые от слез губы. Ноги предательски подкашиваются. Тень продолжает свои игры, и они становятся все изощреннее.
Делаю шаг назад... и натыкаюсь на твердую стену мышц. Я замираю, затем поднимаю взгляд. Передо мной стоит Тень. Он настолько выше меня, что в темноте невозможно разглядеть его лица.
Резкий удар бейсбольной биты о перила эхом разносится по дому. Я вздрагиваю, и инстинкт самосохранения толкает меня прочь. Спрыгиваю вниз по лестнице, босые ступни скользят по полу. Он остается на верхней ступени. Маска скрывает лицо, видны только массивный силуэт и темная одежда. Бита кружится в его руке, затем он кладет ее на плечо.
— Привет, крольчонок, — раздается искаженный модулятором голос. Мое сердце готово выпрыгнуть из груди.
— Ч-что тебе нужно? — выдавливаю шепотом.
Он спускается на ступень ниже. Я машинально отступаю.
— Я хочу, чтобы ты побежала, — новый удар биты о перила. — Быстро.
Качаю головой, отказываясь участвовать в этом безумии. Он хочет охотиться на меня, заставить играть в его извращенные игры.
— Я не побегу! — кричу, впиваясь ногтями в ладони.
Искаженный смех разрезает тишину. Он наслаждается каждым шагом, спускаясь медленно, словно хищник.
— Ты побежишь. Потому что иначе игра закончится слишком быстро. А я люблю развлечения.
Я сглатываю ком и вытираю слезы.
— У тебя десять секунд, крольчонок. Один, — он спускается ниже, бита кружится в руке.
Рвусь вперед. Выбора нет. Адреналин застилает разум, и остается только инстинкт — выживание.
— Два.
У двери — мои кроссовки. Хватаю их на бегу.
— Три.
Вылетаю из дома в ночь, к лесу. Запрыгиваю за поваленное дерево, торопливо натягиваю обувь. Слышу, как за спиной хрустят листья под его шагами.
Я бегу в лес, хотя клялась никогда туда не возвращаться. Вокруг темнота, лишь лунный свет указывает путь. Каждое дыхание похоже на судорогу. Каждый его шаг за спиной звучит как смертный приговор.
Споткнувшись о корень, падаю на колени и сдираю кожу. Вскакиваю и вновь бросаюсь бежать. Слезы застилают глаза. Его смех раздается со всех сторон, словно он находится повсюду.
— Я поймаю тебя, крольчонок, — гудит искаженный голос.
Продолжая бег, задыхаюсь от острой боли в груди. В поисках озера — возможно, удастся его пересечь — я вновь спотыкаюсь, на этот раз о камень. Резкая боль пронзает тело, во рту привкус крови. Последние силы покидают мое тело.
Передвигаюсь ползком, но он уже близко. Его тяжелый ботинок ударяет в бок, опрокидывая меня на спину. Я лежу под кронами деревьев, едва дыша и глядя в усыпанное звездами небо.
— Почему ты это делаешь? Чего ты хочешь? — я всхлипываю, мои губы дрожат.
Тень наклоняется, и я чувствую, как его взгляд проникает в самую душу. Его рука приближается к моему лицу, и я вздрагиваю, будто от легкого прикосновения бабочки, но он только достает из моих волос засохший лист. После этого его пальцы обхватывают мой подбородок, вынуждая посмотреть ему в глаза.
— Тебе не следовало возвращаться в Серпентайн-Хилл, — шепчет он, проводя большим пальцем по моим губам. Его ледяное прикосновение вызывает дрожь, пробегающую вдоль позвоночника.
Он не убьет меня.
Возможно, это глупо, но у него было столько возможностей, и он ни разу не довел дело до конца. Тогда зачем он продолжает меня мучить? Чего он хочет добиться?
— Я сделаю все, что захочешь. Только прекрати, прошу, — умоляю я.
— Все, что я захочу? — В его голосе слышится намек, и Тень опирается на бейсбольную биту.
О Боже...
Кажется, я только что сама предложила себя сексуальному садисту.
Киваю, понимая, что ради нескольких дней призрачного спокойствия придется пожертвовать гордостью. Это не закончится одной ночью — но хотя бы выиграю время, чтобы продолжить расследование и, возможно, обдумать предложение Корбина.
Черт, этот ублюдок, вероятно, действительно связан с Тенью.
Все это слишком похоже не на случайность, а на тщательно спланированную игру.
— О чем думаешь, крольчонок? — Тень приподнимает мой подбородок концом биты.
— Я хочу покончить с этим, — выдыхаю и стягиваю кроп-топ. Соски мгновенно твердеют, и приходится сжать кулаки, чтобы не прикрыться руками.