Полине повезло: пока она неуверенно мялась возле подъезда, собирая во едино крупицы мужества, дверь открылась, выпуская наружу одного из жильцов дома. Воспользовавшись тем, что вышедший мужчина отвлекся на свой телефон, девушка шустро прошмыгнула в темную прохладу парадного.
Она быстро поднялась на третий этаж, игнорируя лифт, и замерла у двери. Сердце трепыхалось в груди как пойманная птица. Казалось, что она меньше волновалась перед тем, как узнала свой окончательный диагноз, навсегда избавивший её от мечтаний о нормальной жизни обычного человека.
Дрожащей рукой Полина нажала на звонок и принялась ждать. Дверь открылась на удивление быстро, и перед девушкой предстала хозяйка квартиры, с которой она уже однажды встречалась при весьма неприятных обстоятельствах.
— Добрый день, — сказала Поля как можно более приветливо.
— Добрый день, — ответили ей с улыбкой и блеском жадного интереса в глазах, и Полина едва различимо выдохнула от такого в меру дружелюбного приветствия.
Но стоило только девушке произнести следующую фразу, как любопытство в глазах хозяйки сменилось холодной злостью и решительностью выставить незваную гостью с порога.
— Я бы хотела поговорить о вашем сыне, Андрее. Можно пройти?
— Мой единственный сын умер три года назад, — бросила презрительно женщина в лицо оторопевшей Полине, судорожно вскинувшей глаза на номер квартиры в попытке понять, не ошиблась ли она адресом.
Разгадав причину замешательства девушки, нерадивая мать пояснила:
— Андрей — приемный, и он давно утратил право называться нашим сыном! — А затем гневно добавила. — Зачем вы пришли? Это он вас подослал? Влез в очередные неприятности? Так он уже вышел из того возраста, когда за его преступления отвечают ни в чем не повинные родители!
— Нет-нет, вы не правильно поняли! — затараторила Полина, едва проглотив ком в горле. — У Андрея всё хорошо! И я пришла сказать, что вы вырастили замечательного сына! Однажды он спас меня от бандитов! Андрей — настоящий герой!
Странно, но, услышав эти слова, женщина недобро рассмеялась.
— Спас? Вы убедитесь, дорогуша, что он был не из их числа и что ему самому не было на руку ваше спасение…
Полина замерла, а та всё продолжала, словно наслаждаясь тем, что смогла шокировать гостью.
— Вы, наверное, и не знаете ничего о нем, а пришли дифирамбы петь… Да и сами-то ему кто? Очередная подстилка? У Андрея с роду не было приличной девушки!
— Кто я, не имеет значения… Я хотела поговорить об Андрее, — чуть сбивчиво возразила Поля. — Вы не справедливы к нему, обвиняете во всех смертных грехах, а так нельзя… Пусть он и не родной, но ваш! — Девушка чувствовала, как к глазам подступают предательские слезы. — Он живой человек, а не игрушка, которую вы выбрали в магазине, а затем выбросили за несоответствие ожиданиям… Ваши слова, ваше недоверие, ваш отчужденность больно ранят его, хоть Андрей и не хочет этого показывать… Но вы должны им гордиться! Он сильный, добрый, отзывчивый мужчина! Он за своих горой! Это счастье быть частью его семьи, его команды… Вы…
— Хватит, я достаточно наслушалась бреда влюбленной дурочки… — холодно перебила женщина. — Мой вам совет — бегите от него, пока ещё есть такая возможность…
Полина не успела сказать ни слова больше, так как прямо перед её носом закрылась металлическая дверь, обдав девушку потоком теплого воздуха.
Выйдя словно в трансе на улицу, она снова вызвала такси и стала ждать машину.
На душе от обиды и несправедливости скребли кошки, и хоть Поля ожидала прохладного приема, всё же не рассчитывала наткнуться на такую непоколебимую уверенность в своей правоте и нежелание ухватиться хоть за маленькую возможность реабилитировать в своих глазах собственного ребенка. К тому же слова женщины о том, что Полина всего лишь очередная, больно задели, и сразу вспомнилось, что Андрей прямо не ответил на её признание в любви, а значит, она могла быть права…
Уже сидя в машине, она никак не могла избавиться от охватившей её тоски. От безрадостных мыслей, от осознания того, что её затея с треском провалилась, и она не смогла помочь Андрею, а может даже сделала только хуже, на глаза девушки навернулись слезы. Не долго думая, она попросила остановить такси за несколько десятков метров до дома: хотелось поскорее выйти из машины, чтобы позорно не расплакаться перед равнодушным водителем.
Но стоило только Полине подойти к дому, как со скамейки к ней поднялся Валентин. Парень был чем-то явно напуган и повторял как заведенный:
— Полина, нам нужно поговорить, давай отойдем… Прости, прости меня.