Света в этой каморке было очень мало, бумагу приходилось подносить к самому носу, чтобы хотя бы догадаться по очертаниям букв о её содержимом. И через пару мгновений таких попыток, мужчина, скомкав бумагу, со злобным рычанием бросил её в лицо не ожидавшей девушки.
— Вот, сука! Что удумала! — он с досадой провел руками по короткому ежику волос и задержался взглядом на Валентине. И тут довольная улыбка расползлась по его физиономии.
— Задохлик, слушай сюда! — Сивый приподнялся, взял в руки бумажный шар и бросил его парню. — У тебя есть тридцать, нет, уже двадцать пять минут на то, чтобы эта дура безграмотная запомнила содержание. Ясно? Должно от зубов отлетать! Усек?
Валентин закивал, быстро сообразив, что от него требуется.
— Если справишься, так и быть, не буду тебя мучить. Может даже дам посмотреть, как я трахаю твою подружку, а может и ноги подержишь, — заржал он. — Куколд хренов!
И бандит направился к выходу, напоследок пнув ботинком босую ступню девушки, спутавшей все его карты. Как только за мучителем закрылась дверь, Валентин пересел на покрывало Поли и зашептал:
— Полина, всё очень серьезно! Ты должна делать всё, что они скажут! Подумай, о наших жизнях! Ну что тебе стоит?
— Пошел к черту! — огрызнулась девушка и отвернула свою голову в сторону.
— Ладно, — протянул недовольно парень, ожидавший от подруги большего смирения. — Давай начнем.
Он взял в руки листок с требованиями, как мог, расправил его и быстро пробежал текст глазами.
— Повторяй за мной, — начал он так, словно они разбирали очередную лекцию. — «Дедушка, как ты уже, наверное, понял, меня похитили. Моя жизнь и здоровье зависит от того, как быстро и точно ты выполнишь требования Кирилла Хохлова. Дедушка, прошу тебя помоги мне…»
И Полина принялась повторять услышанный текст, глотая слезы и мучаясь от боли, которая терзала её избитое лицо.
Когда Андрей выбежал на улицу, от команды СОБРа уже и след простыл: ребята на личных автомобилях выехали к месту сбора группы. Ждать, а тем более брать с собой гражданского никто и не планировал. Мужчина пошарил по карманам в поисках ключей от собственного авто, писк сигнализации которой должен был подсказать, где её бросил Андрей, но вдруг вспомнил, что сюда его привез водитель Гусева на служебной машине.
— Блядь, — крикнул он и пнул подвернувшийся камень.
В этот момент из здания вышел Арчаков в сопровождении Дениса, всё ещё потирающего саднящую шею. Смолкин тут же метнулся к боссу:
— Илья, нужна машина! — крикнул он почти с отчаянием.
— Чего? — вытаращил глаза мужчина, но подчиненный уже, ухватив перепуганного Ящера за ворот рубашки, залез в его карманы.
— Андрей, — предупреждающе прорычал Арчаков. — Не вздумай!
— Илья, я верну, — бросил на бегу Андрей, отыскивая взглядом припаркованный автомобиль. — Мой заберешь, если что!
Он прыгнул в салон, на ходу продиктовав во встроенный навигатор нужный адрес, и машина сорвалась с места.
— Свою он отдаст… Как будто мне нужна его пижонская консервная банка, — бросил недовольно вслед Илья.
Уловив настрой своего босса, Денис подал голос:
— Да, что этот Смолкин себе позволяет? В конец оборзел… Да его рухлядь во век с вашей не сравнится! Он хоть знает её цену? Хоть раз видел такие деньги?
— Заткнись, — бросил Арчаков. — Расскажи-ка лучше, за что Андрей чуть душу из тебя не вытряс…
Полина в третий раз слово в слово повторила заученный текст, и Валентин расплылся в довольной улыбке.
— Почему ты так поступил? — вдруг спросила девушка с обидой в голосе.
— А что я мог сделать? — затараторил приятель, понимая, что та имеет в виду. — Они схватили меня, сказали, что убьют и прикопают в ближайшем лесу, если я не сделаю, как они велят! Ты их видела? Такие одной рукой могут прихлопнуть! А я жить хочу! Ясно? Почему я должен страдать из-за дел твоего деда?
— Ты мог подать знак, попросить о помощи Андрея, убежать от них… у тебя было столько возможностей! — зло бросила Поля.
— Они сказали, что достанут меня, где бы я не спрятался! Разве ты не понимаешь? — оправдывался Валентин. — Я тебе не какой-то долбаный супер-герой! Мне было страшно!
— Не достали, если бы ты помог их схватить! — крикнула Поля, которой сейчас больше всего хотелось как следует врезать старому другу.
— Что уж теперь… — примирительно сказал он, словно всё произошедшее при его содействии было незначительным пустяком. — Ты только не глупи, делай как велят… — всё же предостерег он, беспокоясь за свою шкуру.