— Нет, это вы убили его. Просто моими руками, — спокойно сказала я.
— Я… я не...
— Что? — Меня начинало раздражать то, как он мямлит.
— Я… совершил ошибку. Я позвоню… и отменю свой приказ, — сказал он и потянулся к телефону, который лежал на журнальном столике перед ним.
— Стоять, — коротко бросила я, и Волков тут же замер. — Как вы думаете, можно отменить выстрел, который уже произведен?
Он в ожидании уставился на меня. В его глазах паника все нарастала.
— Приказы нужно обдумывать перед тем, как отдаешь их. — Мой голос казался мне убаюкивающим.
Обычно я не разговаривала с тем, кого собиралась убить. Но мне всегда было интересно, почему заказчики намереваются после исполнения заказа избавиться от исполнителя. Я понимала мотив: они боятся, что их найдут через их же наемника. Но как не может быть страшно отдавать приказ убить того, кто убивает сам?
— П… Простите меня. Я не хотел…
— Не-ет, вы хотели, — протянула я. — Иначе бы меня здесь не было. Мы бы разошлись с вами мирно. Вы бы не узнали, кто я, а я бы не узнала, кто вы.
Он дотянулся до своего бокала и сразу же осушил его. Это я ему позволила.
— Пожалуйста… Пожалуйста, не надо... У меня семья. Я вас умоляю…
Я видела, что на его глаза потихоньку начинали выступать слезы.
— Думаете, мне есть дело до вашей семьи? — В моей душе поначалу было только равнодушие по отношению к нему. — Вам же нет дела до того, как живут люди в вашем городе. Вам же есть дело только до их денег. — А потом он посеял у меня внутри зерно презрения.
Он поднял на меня взгляд своих покрасневших глаз. Его лоб при этом покрылся складками, а крылья носа то расширялись, то сужались.
Вообще это был человек с довольно плотным телосложением. У него был и большой живот, и второй подбородок. Он чем-то мне напоминал трусливого хомяка.
Волков нервно усмехнулся и с нескрываемым страхом спросил:
— А вы считаете, что зарабатываете деньги честно? Я прекрасно помню, сколько заплатил вам.
— Вы сами ответили на мой вопрос. Я эти деньги заработала. Убийство - это тоже труд. А вы их украли.
Его руки нешуточно затряслись, а сам он просто начал умолять меня пощадить его.
— Я прошу вас! Пожалуйста… У меня дочь…
Я жестом подозвала Лизу, которая все это время стояла позади. Волков был удивлен, что, помимо меня, в доме еще кто-то есть.
— Налей воды нашему клиенту, — попросила я ее. — Где у вас тут кухня?
Лиза и я были в перчатках на случай, если придется что-то трогать, поэтому я не боялась, что она оставит где-то свои отпечатки.
— Моя жена бросила меня не так давно… Я очень любил ее… И до сих пор люблю, — истерично продолжал он. — Я точно знаю, что она меня тоже любит… прошу… Она… Она не переживет этого.
Лиза принесла стакан. Я не стала дожидаться, пока она поднесет его слишком близко, а сама подошла к ней, продолжая держать Волкова под прицелом. Он не следил за моими передвижениями, продолжая умолять о пощаде. А я достала из кармана закрытый флакончик с желтоватой жидкостью и вылила его небольшое содержимое в воду. Затем я взяла у нее стакан и поставила на стол.
— Успокойтесь, — холодно произнесла я. — Даже самые стойкие под страхом смерти почему-то становятся жалкими.
Он протянул свою трясущуюся руку, схватил стакан и принялся жадно пить. Осушив его до дна, Волков в ожидании уставился на меня.
— Вы застрелите меня? — вдруг спросил он, что натолкнуло меня на мысль, что он все же почувствовал, что с водой что-то не так, хотя я и прекрасно знала, что человек вряд ли сможет распознать этот яд на вкус.
Я отрицательно покачала головой. Я знала, что умрет он не сразу, поэтому с интересом смотрела на него. Не успело пройти и пяти минут, как он потерял сознание.
— Всё? — взволнованно спросила Лиза.
— Нет, — сказала я, все еще не сводя глаз с Волкова. — Он умрет в течение двух часов.
Я повернулась к камину, дотянулась до заслонки-шибера, которая находилась довольно высоко, и перекрыла ее.
— А теперь забери стакан на всякий случай, — сказала я Лизе. — Мы уходим.
Когда мы вернулись домой, в квартире была странная атмосфера. Лиза и я были в подавленном настроении. Она раньше не видела, как я кого-то убиваю, поэтому была немного шокирована тем, что произошло.