— Ого. — Он удивленно вскинул брови. — Тебя? Ну, наверное, твое самолюбие сильно пострадало, — саркастически предположил он. — Такого ведь со школы не было?
— И на старуху бывает проруха. — Я сделал глоток виски и оперся бедром о подоконник.
— А с работой что? — спросил вдруг он.
— Да фигня полная. Я в тупике.
— Я слышал, человек, которого убили, отравился угарным газом. Что не так? — Саша разглядывал девушку в красном платье, которая в это время о чем-то беседовала с Алиной. — Разве это не несчастный случай?
Я отрицательно покачал головой, допил свой стакан с виски и повернулся к окну, разглядывая ночной мегаполис.
— Я думаю, его отравили.
Саша почему-то повернулся ко мне и принялся внимательно слушать. На самом деле это не то, что мне хотелось обсуждать на новогодней вечеринке.
— А что в заключении написано? — поинтересовался он.
Я достал свой телефон, порылся в галерее и протянул его Саше. Он пробежался по фотографиям отчета о вскрытии. Судя по его лицу, они не произвели на него впечатления.
— Я, конечно, не эксперт, но думаю, я знаю, что это за яд, — сообщил вдруг он.
Я с недоумением посмотрел на него.
— Это пентакарбонил железа. Нам как-то препод еще в универе про него рассказывал. — Он оперся рукой о подоконник и продолжил наблюдать за девушкой в красном. — Мне было интересно, и я потом почитал о нем немного. Кажется, им еще какого-то премьера отравили.
— Почему же тогда его не обнаружили в организме? — спросил я скорее у себя, нежели у него.
Саша повернулся ко мне и посмотрел, не скрывая удивления.
— Я, конечно, понимаю, что ты химию не изучал, но человеку с твоим айкью стыдно задавать такие вопросы. — Он тяжело вздохнул. — Скорее всего при попадании в организм он распадется на катионы железа, и образуется карбоксигемоглобин. — Саша еще ненадолго задумался, после чего добавил: — Ты вряд ли докажешь, что его отравили именно этим ядом. Погибший мог просто поесть яблок перед смертью, вот тебе и катионы железа. А избыток карбоксигемоглобина как раз доказательство отравления угарным газом. И ничего больше, — заключил он и самодовольно ухмыльнулся, посмотрев на меня. — А ты точно хороший детектив? — насмешливо спросил он.
Но я уже не обращал внимание на его подколы. Мне можно было довольствоваться уже тем, что я оказался прав. Доказательств этому, конечно, не было, но я это знал точно.
— Хватит грузиться. — Саша выдернул меня из очередной пучины размышлений и вручил шот водки. — Выпей лучше, Новый год все-таки.
***
Утром я проснулся от дикой головной боли. Первое января было одним из самых ненавистных мною дней. Если бы его можно было как-то промотать, я бы с удовольствием это сделал, как и, наверное, восемьдесят процентов населения нашей страны.
Открыв глаза, я обнаружил себя в чужой квартире. Через несколько секунд до меня дошло, что я не там, где проходила вечеринка. Я был дома у Алины, и это меня почему-то изрядно шокировало.
Посмотрев налево, я нашел и саму Алину, которая делила со мной кровать. Заглянув под одеяло, я все понял. Затем в голове всплыли и флешбеки прошедшей ночи. Я изрядно напился и снова не смог сопротивляться настойчивости своей подруги. Опять.
Поднявшись с кровати, я несколько секунд постоял, пока организм пытался прийти в себя, затем собрал свою одежду и вызвал себе такси. Я ехал в лифте с презрением смотрел на самого себя в зеркало. Я ведь больше вообще не собирался с ней спать. Мне ведь хотелось порвать с ней эти странные отношения, которые начались каким-то непонятным образом еще года два назад, когда я опять же напился.
— Ну ты и придурок, — сказал я своему отражению в зеркале лифта напоследок.
Почему-то мне было стыдно. Не перед Алиной и даже не перед собой. Я знал, перед кем, но отчаянно боялся себе в этом признаться.
Глава 10. Романтический ужин с убийцей
POV Костя.
Я так и не смог найти доказательств того, что Волкова отравили. Саша был прав. Поэтому уголовное дело Волкова было закрыто за отсутствием состава преступления.
Примерно недели две я просто не знал, чем себя занять. Майор не давал мне никаких дел, поэтому мне даже не обязательно было выходить из дома. Я читал. Я просто читал книги по криминальной психологии и надеялся выцепить оттуда хоть что-то, что могло бы пригодиться мне в будущем.