POV Костя
Когда на кухне я мыл всю ту гору посуды, которая накопилась у меня за прошедшие несколько недель, мне позвонил мой друг, который не так давно оказывал Кате первую помощь.
— Ну как там твоя мадемуазель? — спросил он. — Забрали ее?
— Нет, Саш. Она еще здесь.
— Да ладно?! — Он сильно удивился. — Почему? Понравилась?
Я усмехнулся. Если честно, я не знал ответа на этот вопрос.
— Она немая. — Это все, что я смог сказать.
— Кхм, ну я не знаю, что тебе сказать. Может, все-таки вызовешь своих?
— Да нет. Она сказала, что сможет дойти до дома сама, так что нормально все будет.
Когда мы закончили разговор, я ненадолго задумался и пришел к выводу, что мне, похоже, слишком одиноко живется, что я уже решаю оставить у себя немую девушку. Да, она была симпатичная, но поговорить-то нормально я с ней не мог, и меня это порядком раздражало. Я не привык к тому, что девушки могут быть настолько тихими.
Вдруг кто-то дотронулся до моего плеча, и я невольно вздрогнул от этого и смачно выругался. Повернувшись, я увидел ее лицо, которое тоже было напуганным.
— Извини, я тебя напугал? — первым делом спросил я. — Я просто не ожидал, что ты можешь так подкрасться.
Она продолжала просто смотреть на меня.
— Тебе что-то нужно?
Она кивнула и указала на кувшин с водой.
— Пить? Может, тогда чаю тебе сделать? — спросил я, и Катя, недолго думая, кивнула. — Если хочешь, иди в комнату я принесу. Или можешь присесть сюда. — Я указал на стул.
Она выбрала второе и уселась на стул, подогнув под себя голые ноги. Катя уставилась в окно, за которым шел снег.
На дворе стоял декабрь, а точнее самое его начало. Я не любил этот месяц, потому что он считается последним в году. Осознание этого всегда угнетало меня, потому что год за годом в моей жизни практически ничего не менялось. И хотя происходило много чего интересного, тотальных перемен я не испытывал.
Кате, похоже, тоже зима не особо нравилась. Она с такой тоской смотрела на этот снег…
Я поставил перед ней чашку с ромашковым чаем и сахарницу. Она насыпала аж три ложки сахара.
— А ты сладкоежка, — заметил я и сел со своим чаем напротив, пододвинув к ней коробочку с овсяным печеньем.
Черт, мне было так жаль, что она не может мне ответить.