- Это невероятно великодушно.
Я засмеялся.
- Нет, Питер, то, что ты делаешь, невероятно великодушно. Вы с Эдвиной посвятили свою жизнь клинике, детям, приюту для сирот. Если я хоть немного могу облегчить вашу жизнь, посылая еду, предметы первой необходимости и медикаменты, это меньшее, что я могу сделать.
- Ты дал месяцы своего времени мне и этим людям. Нам будет не хватать тебя.
- Спасибо.
- Куда ты едешь?
- Мне необходимо снова начать фотографировать. Делать счастливые снимки. Я собираюсь вернуться в Торонто.
- Попробуешь связаться с ней?
Его слова тяжелой дымкой повисли в воздухе, и я не выдержал. Я наконец-то сломался и рассказал Питеру об Алли. Разговоры о ней помогли, но не избавили от боли.
- Не знаю. Я проверял голосовую почту на своем старом телефоне и говорил с Шоном. Она не пыталась связаться со мной. Думаю… возможно, все кончено. Я не тот, кто ей нужен.
Алли была той, кто нужен мне, тогда и сейчас.
- Тебе нужно поговорить с ней, Адам. Найти какую-нибудь зацепку. – Когда я ничего не ответил, Питер продолжил. Его голос был полон понимания. – Но для тебя еще не все кончено, не так ли? Ты все еще любишь ее.
- Я всегда буду любить ее.
- Тогда найди свою девушку и поговори с ней.
- Я не знаю, как ее найти, и все еще не понимаю, что случилось. Что родители Алли сделали или сказали, чтобы забрать ее. Мне казалось, она становится сильнее, что наконец-то все поняла, но…
- Ты все еще думаешь, что они каким-то образом были вовлечены?
- Да. Знаю это также точно, как то, что она любила меня. Просто Алли была недостаточно сильна без меня рядом с ней. Мне не следовало уезжать. – Я вздохнул, устало потерев лицо ладонями. Елена была более чем права насчет этого. Жестокость ее родителей не знала границ.
- Ты планируешь вернуться к своей старой жизни? Летать по всему миру и никогда не пускать корни?
- Она стала моими корнями. Она была единственным домом, который я когда-либо знал, с тех пор как потерял родителей.
- Тогда найди ее. Сядьте и поговорите, выяснив все раз и навсегда. Спроси ее, что случилось. Попробуй исправить это.
- Я не знаю, где она.
- Найми кого-нибудь еще раз. Найди ее.
Я обдумал слова Питера, решив, что пришло время попробовать еще раз. Нанять нового частного детектива и отследить ее родителей, отследить Эмму. Не останавливаться, пока не найду Алли. Я был не в себе, когда уехал, был слишком разбит и легко сдался. Теперь моя голова стала яснее, и Питер был прав. Мне нужно было во всем разобраться.
- Что ты будешь делать потом?
- Решу, когда вернусь. Может, соглашусь на предложение Шона. Не уверен, что останусь в Торонто. Могу продать недвижимость и поехать в другое место.
Питер встал, протягивая мне руку.
- Что бы ты ни решил, я здесь, если понадоблюсь тебе.
Я с любопытством посмотрел на него.
- А ты когда-нибудь уедешь?
- Через несколько лет. Но сейчас я должен быть здесь. – Он улыбнулся и хлопнул меня по плечу. – А ты, мой друг, должен быть где-то в другом месте. Иди и найди свою жизнь. Не сдавайся, если твое место рядом с Алли. Борись за нее.
Потом он развернулся, и его фигура скрылась в темноте.
Стук в дверь напугал меня, вырывая из воспоминаний, и я бросился открывать. На пороге стояли Эмма и ее муж Алан с мрачными лицами.
Я отступил, пропуская их внутрь, и, вспомнив свои манеры, предложил выпить. Эмма покачала головой.
- Спасибо, Адам, но у меня такое чувство, что сегодня ты выпил достаточно за всех нас.
- Я в порядке. Чертовски обескуражен, но в порядке. – Моя голова была ясна. Последствия алкоголя сжег медленно закипающий гнев, бегущий по венам.
Как только Эмма с Аланом сели, я сразу перешел к делу. Я и так потратил много времени.
- Эмма, почему Алли не узнает меня?
Она подняла руку.
- Во-первых, Адам, как ты узнал о вечеринке? Я думала, ты уехал из города.
- Я и уехал. Вернувшись в первый раз, я узнал, что Алли порвала со мной, и не мог больше здесь оставаться. Думал, если уеду, она сможет вернуться к своей жизни здесь. Поэтому вернулся в Африку. – Я с отвращением фыркнул. – Я увидел объявление в газете в тот день, когда вернулся.