Страсть, внимание к друг другу, нежности, приятный слова — всё куда-то исчезло.
Юлианна говорила, что я слишком много работаю, и из-за этого мы отдаляемся.
Может, она и была права — чёрт его знает.
Сейчас уже вроде как и смысла нет во всём этом копаться.
Лишь иногда меня невольно посещали мысли — как она там? Устроилась ли на новом месте?
Какая-то часть моей души всё-таки привыкла к Юлианне за годы брака и пока что не отпускала меня. Но я ни разу не позвонил ей и не написал с момента расставания. Разве она захочет от меня заботы после того, что увидела своими глазами? Я понимал, что ничего она брать от меня всё равно не станет, да и не понимал сам — должен ли я проявлять какую-то заботу, если мы подали заявление на развод?
Заявление я кстати получил — по почте. Так я узнал, что Юлианна поставила точку в наших отношениях.
Не могу сказать, что мне было прямо вот плевать с высокой колокольни.
Но мне казалось, что сейчас я должен уделить внимание своей новой семье, в которой родится скоро ребё нок, а Юля…
Она справится сама, ведь это было её решение стать для меня юридически никем. Я просто принял эти правила.
Спустя несколько дней я получил важную информацию — за день или два до проведения конференции в офисе была Юлианна.
Это удивило меня. Никакого повода тут бывать у нее не имелось — она не была сотрудником офиса, ко мне не заходила и вообще толком её никто и не видел.
Просто видели её у здания, она садилась в такси.
А ещё больше удивил меня тот факт, что она о чём-то общалась с тем самым Владимиром, что в итоге подменил карту памяти — знакомый из полиции пробил её номер телефона, который она, кстати, заблокировала позже, и выяснил, что она несколько раз созванивалась с Владимиром.
Раз она с ним связана, то, выходит, подставу могла организовать моя жена, Юля.
Но поверить в это было просто невозможно — как моя серая мышка могла до этого додуматься и всё провернуть у меня под носом?
А была ли Юлианна серой мышкой?
Знал ли я вообще свою жену?
14.
Спустя несколько дней цепочку последних дел восстановить мне удалось.
Только наказывать некого.
Владимир, который непосредственно подменил карту памяти, уехал на ПМЖ заграницу и достать его уже нереально.
Я проявил безалаберность и не проверил материал на флешке, потому что ранее такой надобности просто не было и подстав я не ожидал. Я полностью доверял нанятым мною людям, и в том была моя ошибка — доверяй, но проверяй.
К тому же главный предатель оказался некогда самым близким мне человеком — флешку подменила руками Владимира моя жена Юлианна, это уже точно.
Владимир играл роль исполнителя её заказа, получил за свою услугу откат и улетел туда, где я его уже не достану, а трогать Юлианну у меня рука не поднимется.
Искать её и призывать к ответу я не буду. Пусть живёт с этим.
Если её очень порадует новость о сорванном контракте и таким образом она посчитает, что отомщена, то пусть так и будет.
В какой-то степени я это заслужил, кто бы спорил.
Но затевать войну с бывшей женой, женщиной, я точно не готов.
Мне придётся разгребать все проблемы самому.
Не ожидал от неё, конечно.
Сказать, что я удивился поступку жены — не сказать ничего.
Юля всегда была такая тихая, послушная, и я никак не мог ожидать таких поступков от неё.
Возможно, она просто слишком сильно меня любила и старалась угодить, потому никогда подобных фокусов не выкидывала и не выступала против меня открыто. А теперь, когда я первый бросил в неё камень, сняв с себя и с неё все обязательства, сам развязал ей руки, и она могла пойти ва-банк.
Что ж, я даже в некотором роде восхищён её поступком.
Утёрла мне нос так утёрла…
Поступок, достойный уважения.
А Юля оказалась не так проста, как казалась…
Неожиданное открытие о собственной жене, пусть и совсем скоро — бывшей.
Надо же было додуматься мне отомстить подобным образом, всё спланировать и провернуть…
Браво, просто браво.
И ведь действительно попортила мне все планы своей выходкой…
Опозорила меня не только перед арабами, но и перед всеми другими сотрудниками офиса. Теперь никто из руководителей отделов мне в глаза-то не смотрит — стыдно.
Да и мне — стыдно, говорим теперь друг с другом, глядя в стенку.
Вот уж Юля так Юля…
Боец оказалась девочка.
Так просто не стерпела обид, дала отпор обидчику — похвально.
Только как мне-то теперь всё это решать?