Передо мной прямо на письменном столе слились в одно два полуголых тела. Одним из них оказался мой ненаглядный…
Я впала в ступор. Не могла даже пошевелиться.
Мой Булат занимался любовью со своей секретаршей.
Прямо на работе. Прямо посреди белого дня. Прямо посреди нашего с ним брака…
— Мать твою… — выплюнул он, заметив меня и слез с девушки.
Девушка лишь презрительно окинула меня взглядом и нехотя прикрыла свои прелести.
Она осталась недовольна тем, что их прервали.
Так это давно у них. Явно не впервые.
Я вцепилась пальцами в дверной проём.
Мир просто рухнул под ногами. Земля под ногами покачнулась и стала уплывать. Моё тело вдруг пронзила такая острая боль, невозможно было даже сделать вдох.
— Юля, блин! Ты какого чёрта тут делаешь? Чего ты сюда притащилась? — возмущался муж, словно я сорвала ему важное совещание, а не занятие любовью на столе с любовницей. — Выйди отсюда. Езжай домой и жди меня дома. Поняла?
Я молча вышла из кабинета закрыв за собой дверь.
А просто ничего ответить не могла бы — язык к нёбу от шока прилип.
Я забыла все слова, от резких вдохов разрезало лёгкие, словно воздух был острым.
Колючий ком в горле мешал дышать тоже и никак не хотел исчезать.
Слёзы жгли глаза и застилали их.
Я бежала куда-то без разбора, не видя ничего перед собой, словно бы пыталась убежать от зверя, что раздирал мне душу огромными безобразными когтищами…
Как дошла до лифта — не помню. Как зашла в кабину — тоже. Всё было словно в тумане…
В глазах всё потемнело и ноги подкосились. Спиной прислонилась к стене — почувствовала, что вот-вот отключусь.
Этажом ниже в лифт зашла девушка, судя по бейджику, сотрудница офиса.
— Вам плохо?
Девушка, видя что я почти падаю, придержала меня за локоть.
— А-а-а… — тихо простонала я, держась за низ живота. — Нет. Только не это… Не уходи, малыш…
— Вы… Вы что — беременны?
— Скорую… Вызовите, пожалуйста, скорую… — попросила я, держась в сознании из последних сил.
— Конечно. Идёмте сюда, на диван.
Она усадила меня и стала вызывать неотложку.
Я сидела ни живая, ни мёртвая, не понимая, как мне жить дальше и как заставить себя сейчас не переживать, чтобы спасти ребёнка.
Моего ребёнка.
Теперь — лишь моего.
Не нашего.
Никаких нас больше нет!
“Мы” — сегодня умерли.
Мой муж мне изменяет…
Мой мозг отказывался верить увиденному. Это было невозможно принять.
КАК такое возможно??
Слезы градом лились из глаз, я не могла остановить этот бурный поток.
Последнее, что я помню до того момента, как потеряла сознание — приехала бригада врачей, и они шли к дивану.
Очнулась в больничной палате.
В моей руке торчал катетер капельницы…
Я завертела головой. Мои движения заметила медсестра и подошла ко мне.
— Очнулась, красавица? — склонилась она надо мной и посмотрела в глаза.
— …да. Вроде. Где я? — спросила я. Голос мой звучал слабо, да и чувствовала я себя также.
— В больнице. Разве не видишь. Тихо, не дёргайся, капельницу выдернешь. Спокойно лежи.
Она поправила мою руку на кровати, чтобы игла вернулась на место.
— Что с моим ребёнком? — задала я новый вопрос, боясь услышать плохие новости. Аж сердце замирало в ожидании ответа медицинского работника…
— Всё нормально с ним. Не волнуйся, — заверила она меня. — Капельница и стоит для него.
— Господи… — прошептала я, закрыв глаза. — Он со мной. Он остался…
— Остался, остался… Ты, главное, так не волнуйся. Что у тебя случилось?
Я молча отвернулась к стене.
Говорить о предательстве мужа с посторонними людьми я не хотела, да и не могла.
Я даже думать об этом не могла, не то, что вслух озвучивать.
— Ладно, не говори… — вздохнула она. — Только имей в виду, что нервы из-за мужика могут стать трагедией для того, кого мы сохранить пытаемся. Поняла?
— Да…
— Я читала твою карту. Тебе нервничать категорически запрещено. В следующий раз мы можем не суметь помочь.
— Я знаю… — прошептала я, не понимая, как при этом всё взять и успокоиться.
Я пыталась. Ну правда — пыталась!
Только как не плакать, если муж так подло предал меня именно в тот момент, когда я наконец забеременела?
Я не могу приказать себе не испытывать боли.
Я не могу не страдать из-за такого жестокого, некрасивого предательства!
Не могу не лить слёз по своей разрушенной жизни.
У меня был брак, муж, дом… Всё было.
А теперь нет ничего…
Кроме беременности, которую я пытаюсь сохранить всеми правдами и неправдами.
Но не переживать у меня сейчас просто не выйдет.
Буду надеяться, что препараты мне помогут успокоиться и пережить всё это.