В его глазах было неверие.
Он не хотел принимать, что я серьёзно собралась уходить от него.
— Похоже, что шучу? — задала вопрос я тоже. — Я когда-нибудь такими вещами шутила?
За годы нашего брака я ни разу не произносила слова “развод” и не устроила ни одной истерики. Да, между нами происходили ссоры, как в и любой паре, но они все быстро забывались, а истеричным поведением я никогда не отличалась. Более того, то, как я сейчас общалась со своим пока что мужем, было совсем не похоже на моё обычное поведение, я никогда не позволила бы себе подобного, если бы не сложившаяся ситуация…
Ненавижу скандалы и крики.
Мне это в юности с головой хватило.
И Булат прекрасно понимал, что раз я заговора о расставании, то я настроена решительно.
— В том и дело, что никогда, — ответил Булат. — Значит, ты серьёзно…
— Да, я серьёзно. Дай мне пройти, пожалуйста. Остальные вещи можешь выкинуть, если мешают. Я их забирать не буду.
— Но ты понимаешь, что я тебя назад не приму?
— Ты — меня? — подняла я брови. — А не надо меня принимать. С чего ты взял, что мне это нужно?
— Ты приползёшь обратно, — хмыкнул он. Его глаза стали очень злыми… Как же я не замечала, что он ТАК изменился? Когда успел? Он словно родной и чужой одновременно… Господи, ну как же всё это больно и тяжело. Дай мне сил всё это вынести. Я должна. Ради сына. — Юль, ну хорош. Куда ты поедешь? К бабке своей? Она тебя с лестницы спустит, ты ей не нужна, знаешь ведь. И на что ты будешь жить? Сама себе ты не купишь костюмы от кутюр. Ты привыкла к другой жизни, куда ты собралась?
— Значит, привыкну носить джинсы с рынка. Как раньше, — ответила я спокойно. Я не поддамся на его провокации. — Булат, а зачем ты меня удерживаешь? По-моему, тебе нравилось веселиться за моей спиной. Так теперь тебе никто мешать не будет. Делай что хочешь. Зачем ты меня удерживаешь?
— Да сам не знаю, — покачал головой он. — По привычке… Да и жалко тебя. Сгинешь в своём этом районе для алкашей.
— Только поэтому? — тихо спросила я.
В глубине души, несмотря на всю ситуацию, я надеялась, что муж скажет мне о том, что не хочет отпускать, кается, жалеет о сделанном и всё ещё любит.
А он… Сказал, что держит меня из жалости…
Так может, весь наш брак — сплошная жалость ко мне?
Просто выручил одну беднячку, дал ей шанс на нормальную жизнь.
Может, он и не любил меня никогда?
Нет ничего больнее для женщины, чем услышать подобное. Разве что — застукать мужа за изменой лично и всё увидеть собственными глазами тогда, когда спешила рассказать ему о беременности…
— Ну а почему ещё? — пожал он плечами.
— Дай пройти, пожалуйста… — снова попросила я, сжав ручку чемодана.
— Ты точно решила? Назад пути не будет.
— Точно.
— Хм-м… А знаешь, может, ты и права, — сказал он, отходя в сторону и давая мне дорогу к двери. — И чего я тебя держу? Ты же даже родить мне не можешь нормально. Езжай, конечно. Давай. А ребёнка мне родит Ира.
Я подняла на него глаза.
Думала, что больнее этот человек уже не сделает, но сегодня он меня просто добил.
— Ира — я так понимаю, та, что была на столе под тобой?
— Да. Она мне сегодня сообщила о ребёнке. А ему нужен отец, как ты понимаешь. Так что… Наверное, ты права. Надо нам разводится.
— Надо, Булат, надо… — ответила я глухо и вышла за дверь.
Меня не просто предали. Булат практически создал новую семью у меня за спиной.
С той, которая ему сможет, как он выразился, “родить нормально”...
Дверь с грохотом захлопнулась.
Я спустилась на пару пролётов вниз и остановилась, бросив чемодан у лестницы.
Сил идти дальше не было. Куда ехать — не знала.
Просто села на ступеньки и горько расплакалась, навзрыд.
В голове то и дело прокручивались слова Булата — ты даже ребенка родить не можешь.
Ему родит другая…
Она беременна от него.
Вот только я-то тоже беременна, и что с этим всем делать и как пережить весь этот ужас — не знала.
Впрочем, даже хорошо, что всё вскрылось до того, как он узнал о моей беременности.
Возможно, если бы я не поймала его на измене, то он продолжал бы врать мне, строил бы вторую семью у меня за спиной. И я прожила бы всю жизнь бок о бок с предателем, даже не подозревая о том, что у любимого есть еще один ребенок и вторая “жена” на стороне.
Не жизнь была бы, а сплошная липа.
Спектакль фальши и сюрреализма!
Я никогда бы не узнала его истинное лицо.
Это было бы ужасно — не знать, какой предатель, подлый и низкий человек с тобой рядом!