Хорошо что Ксатах послал весточку домой - девушки направились к морю. Я велел снарядить карету. Пока слуги впрягали лошадей - послал весточку одному знакомому капитану, с просьбой прийти вечером.
Времени на организацию плана, стратегии, договориться с городской стражей - не было. Но вместо разработки путей отступления я понял, что хочу в первую очередь найти сестру и вернуть её под крышу родного дома... а потом отправить её тайком к тётке... а потом сиинициировать её смерть...
По дороге к месту, куда направилась сестра, я смотрел в окно. Все мысли разом покинули меня и не было ни единой думы, что портила бы моё путешествие. Я просто ехал и смотрел на дороги, улицы, лица людей. Внутри меня была пустота и тишина - все внутри расслабилось, замерло, словно бы природа замирает перед бурей. И лишь на горизонте виднелись тёмные тучи грозы - и лишь визит коронованной особы в мой дом омрачая этот ясный день. Вечером грянет гроза...
Карета остановилась на просёлочной дороге - дальше нужно идти через пригорок к пляжу и по песку.
Я медленно побрел, в сторону далёких фигурок. Не буду пугать никого - ни сестру, ни Ксатаха, если спросят, то отвечу что просто хотел присоединиться. Не типично для меня, зато не слишком волнительно для родной сёстры.
И для Уны.
Она резвилась на отмели. Маленькая морская дева. Гибкий стан, тёмный водопад волос, жемчужная улыбка и голос пташки. На щеках играл розовый румянец, в ресницах прятались капли морской воды.
Она брызгалась, бегала и ныряла, а мокрая одежда, как перчатка обхватывала тело, подчеркивая все изгибы.
Рядом плескалась и резвилась сестра. Они играли в салки, стремились осалить друг друга и догнать в низкой воде, поднимали в воздух тысячи водных капель и их звонкий смех далеко расходился над водой. Смех заглушал шум волн и ветра свист, а вот диалоги, фразы которыми обменивались девушки - все это уносил ветер прочь. Необходимо было прислушиваться, чтобы расслышать о чем они чирикают.
- Ты хорошо плаваешь? - красавица обратилась с вопросом к сестре.
- Не очень.
- Идём, - Уна протянулась руку, - я покажу тебе море таким, каким никто не увидит!
- Но я плохо плаваю! - сестра отступила на шаг назад.
- Тиэрин! - первым меня заметил Ксатах.
Кивнул головой, в знак приветствия и уселся на тёплый, горячий песок. Девушки махнули мне руками и продолжили свои игры. Я расслабился до тех пор, пока не обнаружил, что чёрная тень в кустах прибрежной ивы - вовсе не тень, а собака... Но он просто лежал и просто смотрел. Вновь успокоился.
Я погрузился в свои мысли.
Алиенора.
Ориенор.
Борьба. Корона.
Я начал понимать мотивы... Но схемы? Мне нужно знать - что в бочках, мне нужно знать что там, иначе я не могу стоить догадки. Бумаги? Драгоценности? Плотно закрытые бочки... Значит груз не переносит влагу.
Пока обдумывал текущее положение дел - следил за девушками.
Уна избегала прикосновений - объятий. Моя сестра то и дело хотела взять её за руку, приобнять, но Уна сторонилась. Я вновь прислушался к их разговору:
- Тогда что принести тебе со дна морского? - Уна.
Я напрягся.
- Принеси мне красную, розовую, синюю ракушку, принеси мне жемчуга! - сестра запрыгала от восторга.
Я начал подниматься с песка. Заигрались. Хватит. Только открыл рот, чтобы позвать их на берег, как Уна нырнула в воду.
- Стой! - мой запоздалый крик разнесся уже над пустой водой.
Со всех ног бросился в воду, с трудом, по колено в воде добежал до места, где в последний раз видел Уну и нырнул в воду. Глаза обожгло солью, видимость была нулевая - волны с силой бились о дел и поднимали песок. Почти на ощупь я обшарил дно и окрестности, вынырнул за глотком воздуха.
- Ты чего? - встревоженный голос сёстры.
Эйвин так и не поняла, что нырять здесь - не безопасно! Уны не было, она не поднималась из воды. Тьма! Я вновь нырнул.
Так повторялось раз за разом, и с каждым новым погружением все больше тревожились Эйвин и Ксатах. Я рыскал по дну. Ее не было видно. Уна не выныривала за глотком воздуха, время текло - отчаяние заполняло моё сердце. Я с самого первого слова понял, знал, что это дурная идея. Обессилев, с горящими лёгкими я продолжал нырять доводя своё тело до исступления.
Пока...
- Уна! - радостный, волнительный крик Эйвин.
- Я здесь! - звенящий, журчащий голосок.
Вне себя от злости я, опухшими от морской воды глазами, смотрел на беззаботную девушку, плывшую в нашу сторону. Она улыбалась и совершенно не догадывалась, что мы уже посчитали её мёртвой...
Уна подплыла, встала подле нас в полны рост и протянула сестре кулачок.
- Держи.
Нос Эйвин был распухшим от слёз. Она излишне переживала и лишь благодаря Ксатаху, успокаивающему и удерживающему - не впадала в истерику все это время...