— Можешь поставить свои вещи вон там, у шкафа, — вдруг мурлычет она, указывая на угол, где тоже все покрыто розовым.
— Это ничего, что я своим будничным цветом одежды разбавлю твою яркую цветовую композицию? — принимаю ее разрешение пользоваться шкафом, при этом не могу не сыронизировать.
На секунду отрывает свой взгляд от гаджета и окидывает меня им.
— Это мышиный который?
С нарочитой медлительностью начинаю распаковывать свой чемодан.
— И чем тебе мышиный цвет не угодил? — черт дернул спросить меня.
— А тебе розовый?
Мы определенно будем «дружить».
— Было бы лучше начать наше знакомство более приветливо, не кажется? — обращаюсь к Барби.
— Было бы круто, если бы ты вообще здесь не появлялась, — блондинка морщит и без того маленький носик, а у меня глаза лезут на лоб от ее откровения.
— Боюсь, твои мечты не сбудутся. У нас тут, знаешь ли, не отдельные апартаменты. Так что придется потерпеть мое «серое» присутствие.
Не ожидала такой прямой и незамысловатой неприязни с порога. Стараюсь сохранить видимость спокойствия, хотя внутри меня бушует просто ураган возмущения.
— Может, сразу обозначим границы? — уперев руки в боки, смотрю на нее прямо.
— Какие границы? — закатывает свои ярко накрашенные глаза к потолку перед тем как удостоить меня своим вниманием.
— Чтобы никому не было «круто», — предлагаю я. Лучше сразу расставить все точки над «i» и держать марку. Другую комнату мне не дадут.
— Просто не трогай мои вещи, — отфутболивает мне.
Больно надо.
— Просто не приводи сюда парней, — отвечаю ей, представляя ее ухажеров.
— У тебя с этим проблемы? — вдруг оживляется.
— Меня пригласили сегодня на студенческую вечеринку. Так что, как видишь, нет никаких проблем.
Смотрит на меня расширенными от удивления глазами.
— Кто пригласил?
— Влад.
Кажется, так зовут того парня из библиотеки.
— Ковалевский? — почти вскрикивает.
Положительно киваю головой, хотя понятия не имею, Ковалевский он или нет. Но, судя по ее реакции, я попадаю в яблочко.
Внимание моей соседки снова сконцентрировано на телефоне. Она усердно что-то в нем печатает, пока я давлю внутренний смешок.
Похоже, этот Влад какой-то университетский авторитет. Надеюсь, он не из этих... «мажорных оленей». Вроде адекватный и не высокомерный.
Тут Барби вскакивает с кровати как ужаленная и, оттолкнув меня от шкафа, принимается копаться в нем в поисках каких-то вещей.
Стою и наблюдаю, как она, крутясь возле зеркала, прикладывает к себе один наряд, висящий на вешалке, затем другой. Все как на подбор розового цвета.
— Черт, купальник, — отшвыривает от себя одежду и, нырнув головой в отдельную полку с бельем, выуживает оттуда треугольники с ниточками.
Неужели не розовый? — выглядываю из-за ее плеча.
— Подержи.
Снимает свою кофту и втюхивает ее мне.
Приложив две едва прикрывающие тряпочки к груди, глядит на себя в зеркало.
— Идеально! — выносит она вердикт, явно довольная своим отражением. — Нужно срочно сделать эпиляцию!
Бросаю кофту на кровать и отхожу подальше, опасаясь, что меня сейчас заставят держать воск или что-то подобное.
— Ты тоже собираешься на эту вечеринку? — спрашиваю, хотя ответ очевиден.
— Конечно! Ты думаешь, только тебя одну пригласили? — цокает недовольно.
Значит, таких Барби там будет полно.
Извини, Влад, но я пас.
Валюсь на свою кровать, прихватывая с собой книгу.
— Ты не идешь? — неожиданно ей становится интересна моя персона.
— Удачи и веселья, — отвечаю, пытаясь скрыть улыбочку. — А я пока почитаю.
— Ну... как знаешь, — принимается красить свои губехи.
Возвращаюсь к своей книге, стараясь не обращать внимания на метания соседки по комнате. Но ее возбужденное состояние передается и мне.