Такой как Максимилиан Макарский — популярный среди молодежи парень из обеспеченной семьи, никогда не будет одиноким. Толпы девушек окружали его персону и дальше намерены виться вокруг привлекательного мажора.
Да и вообще у Макса могла быть девушка.
Настоящая девушка. Тоже из богатой семьи. Или даже будущая супруга. Их родители могли заранее побеспокоиться об укреплении своего бизнеса. Найти своим детям подходящую кандидатуру для семейных дел и счастья.
Я же не подхожу по всем требованиям и параметрам.
Черт!..
Где мои шлепанцы? Полотенце?..
Бассейн.
Я такая несобранная и рассеянная после всего...
Вечер достаточно поздний, но теплый. Ощущаю это своей кожей, пока спускаюсь по ступенькам вниз к территории небольшого бассейна с шикарной подсветкой и пальмами вокруг.
В нем плавают двое. Я узнаю их сразу. Это мой брат Тема и подруга Оксана.
Замираю на месте, когда вижу их в воде, воркующих о чем-то и тесно прижатыми друг к другу. Их носы соприкасаются, и они почти целуются.
Оба сошлись после моего исчезновения. Как сказал Артем, горе и беспокойство обо мне сблизило их. Что ж... Я рада. Они, безусловно, красивая пара.
Хоть кто-то обрёл здесь свою любовь. Свое счастье.
Стараюсь бесшумно проскользнуть и схватить свои вещи, оставленные на шезлонге, на котором ещё час назад старалась лежать и ни о чем не думать.
Наивная...
— Лика? Давай к нам! — Тема радостно машет мне рукой, затем резко опускает ее, распространяя мелкие брызги.
Хохочет вместе с Оксаной.
Им весело. Мне — не очень.
— Ли-ик! — теперь слышу звонкий голос подруги.
— Я бы с удовольствием, но не могу! Нужно собирать чемодан! — кричу им, а самой разреветься охота.
Так... Шлепок нет. И полотенца тоже.
Шмыгаю носом и делаю вид, что очень занята поиском своих вещей.
— Какой чемодан? — Тема подплывает к бортику, чтобы быть ближе.
— Розовый с ручкой, — у меня именно такой.
— Я не об этом, — мотает головой из стороны в сторону, отряхивая воду с волос. — Домой собралась?
— А ты? — дёргаю подбородком вверх. Взгляд останавливается на Оксанке. — Уже передумал?
— Ещё успеем, — говорит он с непривычным для него весельем. — Зачем спешить? Настоящий владелец отеля позволил нам находиться здесь и проживать столько, сколько мы захотим. А мы хотим остаться! Правда?
Брат откидывается на спину, шумно загребает руками воду. Оксанка вскрикивает, когда он неожиданно хватает ее и тянет за собой.
В глубине души я и радуюсь за них, но завидую больше.
Мы с Максом могли бы так же сейчас находиться рядом друг с другом. Плавать беззаботно, целоваться горячо.
— Ну так оставайтесь! А я полечу.
Отворачиваюсь, намереваясь двинуться в сторону отеля, чтобы скорее уединиться. Но брат опережает:
— Никуда ты не полетишь!
— Полечу!
— Не-а.
— Какой же ты странный, Тема! — взрываюсь. — Еще вчера сам настаивал на скором возвращении домой, теперь же намерен здесь задержаться? Что произошло за один день?!
— Всё. После нервотрепки, которую вы устроили с Максом, нам всем нужно расслабиться, — дурачится, когда, набрав в рот воду, выпускает ее струйкой. — Тебе тем более нужно расслабиться и забыться. Я прав, Окси?
Окси?
Смотрю на подругу, а она смотрит на Тему. В ее глазах сверкают озорные искорки, а в его — шальные черти. Кажется, я знаю, чем заняты будут эти двое эту ночь.
С тяжелым вздохом спешу убраться отсюда.
— Ты куда? — слышу голос Оксанки.
— На пляж! — не оборачиваясь.
Там уж точно никого не будет, кто мог бы мне напоминать о том, чего я лишилась не так давно. Надежды.
— Через пять минут на пляже запустят фейерверк! — подсказывает братец. — Тебе понравится!
Быть одной. Вот что мне понравится.
Здравый рассудок давно мне сделал рукой, и ноги не слушаются. Ведут меня по направлению к тускло освещенному пляжу.
Окей. Хоть фейерверком полюбуюсь.
К моему удивлению, на пляже ни души. Словно все отдыхающие в один миг вымерли.
Песок мягкий и тёплый. Кое-где мерцает игриво, и вдалеке лунный свет красиво переливается на поверхности океанских волн.
Остановившись у кромки воды и обняв себя руками, зачарованно наблюдаю за мягкими шумными волнами, за небом — темным, с миллионами звезд. Вдыхая грудью вечерний океанский бриз, позволяю себе прикрыть глаза в наслаждении.
Оно успокаивает. Наделяет силами и верой во что-то невероятное и чудесное.