Протягиваю Артему руку, и он, прежде чем пожать ее, с размаху бьет ладонью.
— Договорились, — радостный блеск в его глазах так и сияет.
Я очень рад, что вместо любых других моих корешей, которых у меня за последний год раз-два и обчелся, брат Лики выступает еще и в роли свидетеля.
Вот так. С моей стороны на свадебном торжестве вообще никого, кроме отца, и меня это совсем не парит. Сейчас он один из главных людей в моей жизни, судьбе и работе. А друзья, к сожалению, уходящие и приходящие...
Тем более мы с Ликой планировали тихую семейную церемонию, а не свадьбу на широкую ногу. Поэтому с ее стороны тоже не густо — брат и подружка.
Артем напоминает мне, что через несколько минут все начнется, и нужно поспешить на пляж, где мы общими силами соорудили свадебные декорации из белого шелка и нежных цветов. Посыпали песчаную дорожку лепестками роз.
Свадьба пройдет на территории того самого отеля, где началось наше с Ликой приключение. На лазурном берегу океана.
С недавних пор отель и прилегающая к нему территория с пляжем полностью принадлежат нам с отцом. Теперь это место играет немаловажную роль в моей жизни. Теперь и отец мой имеет большое в ней значение. В этом месте все началось и все продолжится. А Гореловы...
Горят ярко и не гаснут. Их семейный бизнес арестован, оба невыездные, и расхлебывать им свои грязные дела, которые они провернули гнусным образом, придется очень долго.
Поспешив на пляж, подготовленный к свадебной церемонии, встречаю на нем отца и Оксану — подругу Лики.
— Как моя принцесса? — целую кулачок своей белокурой малышки, которую держит на руках Макарский-старший.
— Соску потеряла, — виновато мямлит он, когда наши взгляды встречаются.
— Не страшно. Питье с собой?
— Вот, — спешит протянуть Оксана детскую бутылочку.
Дед забирает из ее рук воду и предлагает своей внучке попить.
Его глаза щурятся на солнце, но мне удается различить в них нежность и гордость. Он смотрит на девочку, в которой собрано все самое лучшее. Каждый её маленький жест, каждый плач, каждый каприз или смех — это чудо. Дед крепко прижимает внучку к себе, защищая ее от всего, не позволяя отобрать у него это сокровище.
Трехмесячная малютка Мила, наша с Ликой дочь, попив немного водичку, пускает пухленькими губками пузыри.
Она милое создание, которым Лика забеременела сразу. Все получилось, когда даже не загадывали. Когда и не думали... С первого нашего раза.
— Пора начинать, Макс, — напоминает отец. — Пора вступать во взрослую жизнь.
Раньше я считал слабаками тех парней, которые плачут, неважно по какому поводу.
И что могу сказать? Я тоже слабак. Еще какой слабак.
Я знал, что Лика будет красивой невестой, но что настолько... Сильные эмоции одолевают меня при появлении девушки в воздушном струящемся белом платье со скромным букетом цветов в руках. Я не сдерживаю слезы и даю им волю.
Она всегда красивая. Даже если бы шла сейчас ко мне в одном купальнике. Или без него...
Словно нимфа из морских легенд, она плывет под руку со своим старшим братом к месту нашей церемонии. Тем временем я жду ее — свою невесту, и не могу передать словами свое счастье.
Держась за руки и глядя друг другу в глаза, мы стоим под красивой аркой, украшенной белыми цветами и зелёными листьями. Звуки волн создают волшебный фон, а лёгкий бриз играет с платьем и волосами Лики. Родные и близкие друзья, собравшиеся в этот особенный день, улыбаются и шепчутся, разделяя радость нашего момента.
Время остановилось, шум океана подыгрывает нашему счастью, пока обмениваемся взглядами, полными любви и обещаний.
— Ну горько же! — раздаются возгласы вокруг нас.
Да мне и без них уже не терпится вкусить губы своей жены.
Жены.
Непривычно. Но в груди приятно щекочет осознание нового статуса наших с Ликой отношений.
Она моя жена. Единственная. Любимая. Всегда была и всегда будет только моей.
— Уже не терпится скорее увидеть твой сюрприз.
Чуть позже, когда мы остаемся наедине, Лика отклоняет назад голову и подставляет шею для быстрых влажных поцелуев.
— Уже не терпится скорее тебя раздеть и... — шепчу на ухо похотливо и грубо, — отыметь.
— Макс! — восклицает недовольно, затем затыкает мой грязный рот продолжительным и крышесносным поцелуем.
На яхте мы одни. Можем не шептаться. Можем кричать и стонать, делать все, что заблагорассудится.
Мила в надежных руках деда и подруги жены. Пусть на несколько часов, но все же...
За это время мы должны насладиться друг другом, как настоящие новоиспеченные супруги.