Хольд вскочил, рванулся к дверям, но правитель, даже не поднимаясь с места, выпустил из рук Тьму, давно окутывавшую его ладони. Чёрные дымчатые верёвки змеями скользнули к Хольду, в мгновение ока оттащили его назад и намертво прикрутили к стулу с высокой спинкой. Запахло палёной тканью, локти и запястья Хольда обожгло, точно огнём.
— Пусти! — выдохнул он. — Всё скажу! Только убери это!
— Ну нет, — холодно протянул Эйнар, почти незаметными движениями пальцев сжимая нити Тьмы всё крепче и крепче.
И Хольд сорвался. Рассказал, что, когда Иттрик ушёл из Кейне, он передал сведения об этом дозору из Дартшильда, предполагая, что так или иначе их пути пересекутся, и тогда у Империи будет куда больше шансов на победу. Что послал в Ренхольд своих людей вместе с девчонкой, внешность которой изменил на внешность Ивенн. Что она украла письма и принесла их ему, что он был в Империи. Что…
Эйнар разжал пальцы. Тьма молниеносно свернулась кольцом и юркнула ему под рукав. Стул с грохотом опрокинулся, Хольд поднялся, стряхнул с одежды невидимые пылинки и гордо выпрямился.
— Я добился куда большего, чем ты можешь себе представить. Ты ведь не станешь сажать меня под замок или, тем более, убивать, ведь иначе Империя откажется от подписанного мира, светлейший воспользуется своей силой, и тогда твои Земли Тумана взлетят на воздух!
— Мне. Не нужен. Мир. С Империей, — отчеканил правитель ледяным тоном и медленно поднялся, тут же став едва ли не на целую голову выше Хольда. — Мне не нужны ни ваши договоры, ни ваши жалкие попытки соединиться с моей армией. Светлейший когда-нибудь просто не справится со своей магией, и это — единственная причина, по которой я дал вам последний шанс: нужно объединиться против общего врага, против Тьмы, но вам на это плевать. Учтите, что первой под ударом окажется Империя, и когда Тьма ворвётся в Правь и заполнит древний источник, я уже ничего не смогу сделать. Пока что у нас есть шансы, но вы сами не хотите ими воспользоваться.
Он замолчал, переводя дух, и наступила гробовая тишина. Хольд нервно теребил край плаща, глядя куда-то в сторону. Иттрик поймал себя на том, что крепко сжимает рукав Ивенн, и поспешно выпустил его. Из всех спокойным казался только Винд, его сложившееся положение будто и не касалось вовсе: он сделал всё, что должен был, даже успел в срок. Через три дня после того, как письма были украдены, он узнал обо всём в Вальберге — о подмене, краже, предательстве Хольда, — и помчался в Кейне, а оттуда уже Кит отправил его в Земли Тумана с докладом о произошедшем. Слова его были подкреплены личной подписью и печатью Отца Совета, у Эйнара были все основания ему верить, к тому же для доказательства правдивости его слов достаточно было дождаться ничего не подозревающего Хольда.
* * *
Убедившись, что лорд Эйнар начал разговор с обоими послами, Витторио неслышно отошёл от дверей и так же бесшумно скользнул в темноту. Внизу, через два лестничных пролёта, его уже ждали двое посланников императора, Зияд и Ильгис, посвящённые в сам замысел. Правда, их роль в деле была достаточно невелика: узнать, куда отправится сестра правителя после приёма, проследить за ней и, самое главное, за тем, чтобы она осталась одна.
Витторио кошкой спустился на третий пол замка, где и обозначил место встречи со своими помощниками. Через некоторое время туда пришёл один из них.
— Где Ильгис? — нахмурился асикрит.
— Он пошёл за госпожой, ваша милость, сейчас они где-то в галерее на втором полу. Госпожа Регина одна, но, вероятно, кого-то ждёт.
Витторио Дени ничего не ответил, только кивнул и быстрым шагом направился к лестнице. Подошвы его сапог, как и у Зияда с Ильгисом, были подбиты двумя слоями ткани: Хольд говорил, что в Землях Тумана ковры почти не используют, а из-за каменных стен замка каждый шорох слышно за версту.
Возвращение отряда из гарнизона и приезд чужаков из Империи взбудоражил весь двор. По замку словно одна за другой прокатывались волны встревоженных перешёптываний. Имперцев побаивались, старались не подходить к ним даже близко, не заглядывали на северную сторону замка, где Эйнар предоставил им покои на время переговоров. Только некоторые слуги, которых специально приставили к нежданным гостям, изредка появлялись на северной стороне и, исполнив свои обязанности, старались поскорее исчезнуть оттуда.
Леди Регина была выше всего этого и подобные разговоры не слушала. Она ждала только одного: пока Хольд вернётся от Эйнара и найдёт хотя бы минутку для неё. Они не виделись больше солнцеворота, хотя брат позволял Регине получать от него письма и отвечать на них, это было всё же не то. Девушка не ожидала, что он приедет, хотя в свой последний визит он обещал вернуться и просить её руки. Последние несколько лун Регина жила в томительно-сладостном ожидании, особенно важных дел у неё не было, и ей оставалось только считать дни до приезда Хольда. Теперь же вышло так, что он со своими людьми приехал раньше и без предупреждения, однако девушку тревожило не это, а то, что его сопровождал отряд из Дартшильда, а не из Кейне.
Вечерний колокол давно пробил, и мягкие серые сумерки окутали замок. В длинных переходах тоже царил полумрак, витали серые туманные тени. Обитатели замка уже давно привыкли к ним, тени не причиняли вреда, боли, даже наоборот: те, что посветлее — согревали, а те, что потемнее — остужали, дарили прохладу своими лёгкими прикосновениями. Регина отошла от окна, перекинула через локти длинные отрезы ткани на рукавах голубого блио и направилась к лестнице, которая вела к покоям Хольда.
Неожиданно сзади раздался какой-то шорох. Девушка испуганно обернулась, но никого не увидела — только тени мягко клубились вдоль холодных каменных стен. Она уже не замечала холода серого камня: привыкла и даже полюбила эту вечную тишину и прохладу. Она всё прекрасно слышала, только не могла говорить, и за много солнцеворотов вынужденное молчание тоже перестало давить на неё. Ко всему привыкает человек, в том числе и к тому, что от него не зависит. С привычками легче жить, внимание перестаёт на них заостряться и переходит на более важные и хорошие вещи. Пока Эйнар не нашёл её случайно, Регина жила почти в нищете, в бедности, и окружающая грязь и изнанка чистой и светлой Халлы, куда её привела Звёздная дорога, были уж куда хуже холода и полумрака замка в Землях Тумана.
Шорох не повторился, и минутный страх постепенно отступил. Девушка внимательно осмотрелась, но ничего подозрительного не заметила, только тени дрогнули справа от неё, словно от порыва ветерка. Регина пошла дальше, правда, уже гораздо медленнее и осторожнее. Высокие, немного скользкие ступеньки, кованые ажурные перила, тяжёлые двери нараспашку… Она подошла к ним, некоторое время постояла на пороге, осмотрелась — не вернулся ли? — и вошла. Тут же чья-то рука опустилась ей на плечо, слегка сжала и мягко, но настойчиво потянула назад. Регина улыбнулась и чуть запрокинула голову, ожидая, что Хольд, как обычно, наклонится и поцелует её сверху, как он любил делать, но вместо этого тёплая, почти горячая грубая ладонь крепко зажала рот.
…Уилфред за вечер успел сделать столько, сколько, бывало, не успевал за целый день. Ему казалось, что полторы луны, проведённые за пределами родного города, отобрали всю силу и только укрепили желание вернуться обратно. Он обошёл с проверкой гарнизон, заглянул в комнаты прислуги, вместе с младшими воинами объехал всю замковую территорию и уже хотел было выехать в город, как у ворот его нагнал Дэгни, сынишка сотника Рональда, мальчик солнцеворотов двенадцати от покрова. Уилфред остановил коня и дождался его. Парнишка выглядел встревоженным, даже чуть приподнялся в седле и махнул ему рукой.