Договорить он не успел. Моя рука взлетела сама собой. Я ударила так сильно, что его голова запрокинулась.
- Пропусти меня, - попросила я. Темно стало невыносимо.
Делая шаг в сторону, он грубо схватил меня рукой за запястье и жестко посмотрел прямо в глаза:
- Вали отсюда и еще,- его голос стал металлическим,- никогда больше не распускай руки.
Он резко отпустил меня и шагнул в темноту. Тыльной стороной руки я вытерла слезы.
-Никуда я валить не собираюсь! И еще, если кто-то не знает - это мой дом, я его ку – пи - ла! И еще, чтобы утром его здесь не было! – я с силой пнула колесо джипа.
Меня так трясло, что я выронила ключи. С трудом открыв дверь и нырнув в спасительное укрытие, я потерянно останавливаюсь и, наконец выдохнув, осознаю, что все это время практически не дышала. Мне было очень страшно!
Я сидела на полу посреди комнаты. Тускло горела лампа. Первая бутылка вина почти опустела. Хорошо, что неделю назад, я предусмотрительно сделала запасы. Я прикуривала одну сигарету от другой. В конце концов я схватила телефон:
- Ром, это я.
- Что новенького?
- Я больше не могу.
- Да ладно.
- Слушай, я честно старалась, заставляла себя, но ничего не выходит.
- Ты сможешь. Когда-нибудь это пройдет. Просто нужно время,- мягко сказал он.
- Нет! Это никогда не пройдет, все кончено, все совсем кончено.
- Ты пьешь? – его голос стал тревожным.
- Это не имеет значения.
- Лен, это имеет решающее значение. Тебе надо лечь спать и утром ты увидишь все совсем в другом свете. И прекрати пить – этим ты только все усложняешь. Давай, иди спать. Договорились? А завтра я тебе позвоню, и мы все обсудим.
- Договорились,- заплетаясь, сказала я.
Оставшуюся часть ночи я пила, курила и плакала. Было уже совсем светло, когда мой желудок скрутило. Сшибая все на своем пути, я кинулась к унитазу. Мне показалось, что рвота продолжалась несколько часов. Потом я с трудом поднялась и, хватаясь за стены, вышла на улицу. Мои ноги несли меня к озеру, в глубинах которого меня ждало долгожданное успокоение. Ветер сбивал меня с ног, размякшее тело не слушалось. Я запнулась и растянулась на песке. Дождь молотил меня по лицу. Мне хотелось уснуть навсегда, и не имело значения, где я нахожусь. Я пребывала где-то между сном и явью. Сознание потихоньку покидало меня, тело становилось все более тяжелым, я мягко погружалась в небытие. Буря помогала мне уйти.
- Тебе плохо? – сквозь шум дождя и ветра до меня донесся знакомый хриплый голос. Меня охватил страх. Я свернулась клубком и изо всех сил зажмурилась.
- Оставь меня в покое! – меня почти не было слышно.
Потом я почувствовала на себе его руки.
- Отпусти меня!- я отбивалась ногами и кулаками.
- Не дергайся,- он подхватил меня на руки и понес.
Больше бороться не было сил, и я затихла, обхватив его за шею. Он быстрым шагом, насколько позволяло мое обмякшее пьяное тело, шел по тропинке в сторону дома. Толкнул плечом дверь, прошел по комнате и положил меня на кровать. Боковым зрением я увидела, как он резким движением стянул с себя куртку и бросил в угол. Потом ненадолго вышел и вернулся с моим банным полотенцем. Он присел передо мной на корточки и стал вытирать мои лицо и волосы. У него были большие руки. Затем он попытался стащить с меня майку.
- Нет, - возразила я охрипшим голосом и потрясла головой.
- Надо снять. Иначе заболеешь.
- Нет.
Я дрожала все сильнее. Настойчиво, но мягко, он снял с меня носки и, дернув за молнию, стянул джинсы. Затем присел рядом на кровать, потянув за плечи и привалив меня к себе, стянул мокрую майку. Я стыдливо прикрыла грудь руками. Вадим порылся в шкафу, вернулся с рубашкой и помог мне ее надеть. Он неторопливо застегнул каждую пуговицу.
- Ложись.
Я легла, и он натянул на меня одеяло. Откинул волосы со лба. Мы посмотрели прямо в глаза друг друга. Он секунду постоял и вышел. А я уткнулась лицом в подушку и начала проваливаться в сон.
Просыпаться не хотелось, тем не менее ощущения пробуждались. Глаза открылись. Я села на кровати, и на меня обрушилась жуткая головная боль. Кончиками пальцев я массировала виски, и постепенно воспоминания о минувшем дне вернулись, стремительно прокручиваясь перед глазами. Что касается ночи, то на ее месте образовалась огромная черная дыра. Я встала и сделала несколько осторожных шагов. Из кухни доносились какие-то звуки. Догадываясь, кто может греметь посудой, я для начала пошла в ванную. Ополоснула лицо холодной водой и посмотрела на себя в зеркало. Мне стало гораздо лучше, даже показалось, что я теперь могу соображать. Теперь я была готова к встрече с Вадимом, а может, и к ответам на его вопросы.