- Нет, Лен. Он - нормальный мужик, только переживает за сестру. Просто до того момента, как я это выяснил, мы порядком успели помять друг друга.
- Я, надеюсь, он тоже «красавец»?
- Обижаешь, - Ромка направился в ванную. – Кофейку сварганишь?
- Конечно.
- Да, Лен, - он приоткрыл дверь и высунулся из ванны, - мне вчера пришлось сказать про Пашку.
Я застыла с пакетом кофе посреди кухни.
- Я думал, что они в курсе. Но там было такое удивление. Извини, если порушил какую-то твою легенду.
- Они? – я старалась не выдать волнение.
- Ну да, пока мы там махались, прибежали Валентина Ивановна с мужем, Лиля.
Я не знала, что сказать.
- Ле-ен?
- Все нормально. Иди в душ.
Из ванной послышался резкий шум воды, а затем – более приглушенный, когда Рома встал под струи. Совершенно огорошенная я присела на стул. Ну, вот, конец моей спокойной жизни, сейчас здесь начнется тоже, что было дома: дурацкие вопросы, жалостливые взгляды. Блин, ну зачем Ромка им все рассказал? Хотя сама виновата – надо было предупредить его, что можно говорить, а чего говорить, пока не стоит. Как предупредить? я продолжала диалог сама с собой он же, как снег на голову свалился. Да и чего я всполошилась? Ну, знают и знают. Рано или поздно все равно это бы вылезло наружу.
За завтраком Ромка пересказал мне все события, случившиеся за мое отсутствие. Потом пожаловался, что совсем не успевает с магазином. Прибыль застыла на нуле.
- Прости меня, Ром. Я понимаю, что слишком долго пользуюсь твоей добротой и еду на твоей шее. Я с малодушничала – надо было решить с магазином еще до отъезда. Потерпишь еще немного? А я, обещаю, сейчас праздники закончатся, народ выйдет на работу, ну и я приеду и все решу: и с магазином, и с квартирой, и с долей в фирме.
- Вообще-то я надеялся, что обратно мы уедем вместе. Да, и еще, по телефону не хотел говорить, но твои родители забрали у меня ключи от твоей квартиры .
-Да, ладно! - я была огорчена, что Рома не сказал мне это сразу, - когда это произошло?
- Да практически сразу, вот как ты дом оформила, - он виновато посмотрел на меня, - но я ж не мог их им не дать. У меня просто нет на это прав. Там твоя мама так накатила.
- Ничего, я понимаю, - я представила, как моя мать гордо проплывая мимо консьержки, не удостоив ее взглядом, поднимается на лифте, открывает дверь ключом и с видом полноправной хозяйки входит в мою квартиру. А потом открывает шкафы и роется в моих вещах, комментируя при этом отцу, какая я дрянная хозяйка. Наверняка, сразу всю бытовую технику вывезла. Может что-то даже и из мебели …
-А как насчет « уехать вместе»? – он взял мою руку в свою и пытался поймать мой взгляд.
- Думаю, что пока – нет, - я встала и начала убирать посуду, - ты тут сам похозяйничаешь, хорошо? Мне надо с Нордом прогуляться.
Он внимательно посмотрел на меня.
- Давай я с тобой пойду?
- Нет, не надо. Во-первых тебе лучше отлежаться, а во-вторых, я хочу побыть одна.
Я быстро оделась и мы с Нордом отправились по нашему привычному маршруту. Еще вчера у меня возникло предчувствие чего-то неотвратимого, знаете, это как в ясный весенний денек ты чувствуешь надвигающуюся грозу, по наэлектролизованности воздуха, по небу, еще голубому и безмятежному, но уже имеющему перламутровый оттенок. Вот и со мной происходило тоже самое. А сегодня это чувство только усилилось. Я быстрым шагом шла в сторону озера. Норд трусил рядом и, чувствуя мое настроение, даже не просил, чтобы я покидала ему палку, как это делала всегда во время наших пробежек. Тропинка была каменистой и скользкой. На ногах - объемные угги. Но я все равно побежала. Ветер выл у меня в ушах. Дыхание забивалось льдинками воздуха, застревавшими у меня в горле. Это была пробежка и бегство. Добравшись до верха каменного утеса, я замерла в немом восхищении. Представшая перед глазами картина завораживала своей не реальностью . Зеркальная гладь озера , окруженная огромными заснеженными деревьями, была покрыта туманом, который на горизонте переходил в такое же сизое небо. Я стояла сраженная космической красотой и космической одинокостью. Через некоторое время, словно очнувшись от колдовских чар, я развернулась и начала спускаться вниз. Спуск оказался более трудным, чем подъем. На узкой тропинке Норд, не умещаясь рядом, то проваливался в снег , то выбравшись, крутился под ногами. Гладкая подошва моих сапог не давала устойчивости и при каждом шаге одна из моих ног постоянно уезжала вперед. Я решила не обходить каменный выступ, а спрыгнуть с него, сократив, таким образом, свой путь. Высота была не большая, не больше полуметра. Но приземление оказалось неудачным. Правая нога подвернулась и, больно ударившись об острые камни коленом, я кубарем полетела вниз. Придя в себя, попыталась встать, но лодыжку пронзила острая боль и я, вскрикнув, плюхнулась опять на снег. Ну, вот только перелома мне еще не хватало для полной картины счастья! Так, спокойно Лена, не дрейфь. Сейчас позвоню Роме, и он за мной приедет. Вот только, как объяснить человеку, который совсем не знает окрестностей, где я? В итоге пришлось звонить и будить Лильку, объясняя весь комизм и трагичность ситуации. Через несколько минут по тропинке бежали Егорыч и Ромка. Полуодетые и встревоженные .