Сквозь шум ветра я услышала, как Вадим зовет меня:
-Лена.
- Да?
Я обернулась и поняла, что он сфотографировал меня. С довольным видом он быстро пошел от меня по берегу. Я быстро спустилась со скалы и побежала за ним.
- А можно мне попробовать?
- Ну, попробуй, - он присел и достал из своей сумки еще один фотоаппарат, - справишься?
- Не знаю, - я неуверенно вертела его в руках.
- Смотри, - он забрал у меня фотоаппарат и показал, как с ним обращаться.
Я пошла по берегу в сторону моря, чтоб сделать несколько снимков. Когда я обернулась, то увидела, что Вадим не двинулся с места и следит за мной глазами. Он сел, закурил, повернул голову и стал смотреть перед собой. Потом я подошла к нему и остановилась рядом.
- И каково мнение профессионала?
Он поднялся, зажал сигарету в уголке губ, забрал свой аппарат и склонился над ним.
- Иди сюда, - сказал он, показывая перед собой.
Я встала перед ним спиной, он обхватил меня руками и поднес экран к моим глазам.
- Совсем неплохо для первого раза,- оценил он. – Но, посмотри, вот здесь не хватает…
Больше я ничего не слышала . Охватившие эмоции были столь сильны, что я закрыла глаза.
- Все, пора заканчивать.
Я почувствовала на себе его взгляд. Он отложил фотоаппарат в сторону, не переставая смотреть на меня. Положил ладонь на мою щеку. Я прижалась к ней.
- Пора возвращаться, - произнес он еще более хриплым, чем обычно, голосом.
Он собрал свою аппаратуру, повернулся и притянул меня к себе. Я застыла на несколько секунд, потрясенная затопившим меня чувством защищенности. Потом медленно отстранилась. На обратном пути мы все время держались за руки.
- Голодная? – спросил он, когда мы подошли к гостинице.
Я кивнула.
- Тогда я сейчас быстро брошу вещи, и пойдем в одно местечко. Ты рыбу любишь?
Я опять кивнула.
- Отлично. Тогда тебе должно понравиться. Кафешка – ни чего особенного, но рыбу готовят… М-м-м… Пальчики оближешь.
Мы сидели за столом напротив друг друга, Вадим неторопливо делал заказ, а я смотрела на него и заново для себя открывала взъерошенные волосы, трехдневную щетину, цвет его глаз. Я впервые видела Вадима таким расслабленным и спокойным. Негромко играла музыка.
- Потанцуем? Музыка как раз подходящая, - с серьезной застенчивостью предложил он. И тут же поспешно извинился, - Я не слишком умелый танцор.
Я оглядела зал:
- Но здесь ни кто не танцует.
- Ну и что. Если есть музыка и есть желание, то почему бы не сделать этого, - Вадим улыбнулся, взял меня за руку и вывел на свободное место перед баром. Мне было не по себе. Но когда он обнял за талию и притянул меня, неловкость исчезла.
- Хорошие духи.
- Спасибо.
Мы продолжали свой медленный танец. На меня накатили воспоминания остро и ослепительно ясно того вечера, последнего танца с Пашей . Но сильнее всего чувственная память о том , каково быть единым целым, принадлежать кому-то, быть самой собой . Мой живот снова охватила привычная ноющая дрожь, в груди тяжесть и опустошенность, но я не заплачу. Я чувствовала, как ноги Вадима двигаются около моих ног, как касаются друг друга наши бедра. Я вдыхала его запах – смесь терпкого парфюма и табака. Песня закончилась, но он не отпускал меня, тихонько напевая только что звучавшую мелодию. Потом началась новая, и мы снова пошли в такт музыке. Мы танцевали , постепенно и естественно приближаясь друг к другу. Послушная его рукам, я все теснее прижималась к нему и сквозь нашу одежду я чувствовала тепло его тела.
Мне было хорошо. Пусть эта музыка не кончается! Я откинула немного назад голову и посмотрела ему в глаза. И тогда Вадим поцеловал меня. И долгий, долгий поцелуй хлынул на нас, как поток.
Мы шагали по безлюдной улице к гостинице. Тихо падали редкие снежинки , под ногами громко хрустел снег . Мы шагали молча, каждый думая о своем. Я украдкой поглядывала на Вадима. Мне хотелось нарушить тягостное однообразие повседневности , сломать установившийся шаблон своей жизни. И с ним это было возможно. Я уверенна! Он остановился и посмотрел на меня:
- Хорошо, что ты поехала.
Наши глаза встретились и не отрывались друг от друга. У меня забилось сердце. Он наклонился и приник губами к моим губам. Я не могла справиться с дыханием, а внутри живота скрутился тугой узел. Он обнимал меня, нежно целуя. Вдруг морозную тишину нарушил телефонный звонок. Не выпуская меня из объятий, Вадим достал телефон и посмотрел на экран.