Я нажала «отбой». В ушах стучало молотом.
Он прав: я ненормальная.
Он приехал на вокзал, еле-еле успевая к поезду. Мы стояли на перроне. Лиля уже зашла в вагон. Лил дождь. Рома держал над нами большой черный зонт, борясь с порывами ветра.
- У тебя, что к нему такая безумная любовь?!
- Ну, причем тут это? Совсем нет…Я еду попроведать Егорыча …Да и надо забрать вещи… И потом, что ты так взбеленился я же еду с Лилей?!
- Какие вещи?! С Лилей…! - Он судорожно дернул головой и посмотрел в сторону.
- Слушай, хочешь, сейчас отправим ее, а потом поедем вместе?
- Ты прекрасно знаешь, что я не могу. До сдачи проекта остался месяц – у меня полно работы. Да и вообще, зачем мне туда ехать?
Я почти физически ощущала его отчаяние.
- Ром, не волнуйся. Все будет нормально, я вернусь в воскресенье вечером.
- Тебе нужны еще деньги? – не глядя на меня, спросил он.
- Ты что, шейх! Ты и так потратил на меня все нефтедоллары Саудовской Аравии… - вышло глупо и не смешно.
- Не пори чепухи, - мрачно проговорил он.
Боже мой! Боже мой! Что я делаю?! Сейчас он уйдет, растворится в толпе и навсегда исчезнет из моей жизни.
Я знала, что совершаю ошибку. Знала, что отступать надо сейчас, пока еще не слишком поздно, но меня словно тянула туда какая-то неведомая сила, сопротивляться которой, я была не в состоянии.
- Я пошла, - выждала секунду и спросила: - У нас все хорошо?
- Не знаю…
Я пыталась поймать его взгляд, но его лицо уже было заперто, развернулась и зашла в вагон.
Он остался на перроне, наблюдая, как поезд медленно начинает движение, оглушенный, опустошенный внутри, безнадежно стараясь себя уверить, что я вернусь, и жизнь наладится, наладится, наладится…
- Приехали, - Лиля тронула меня за плечо.
Я резко поднялась, выпадая из дремотного полузабытья, споткнулась о свою сумку на полу, нагнулась, чуть не упав от крутнувшихся перед глазами кресел и выпрямилась, пережидая приступ головокружения. Надо же, как заснула. Я зашагала за Лилей по проходу, глядя напряженно под ноги. Этого еще не хватало – рухнуть тут в отключке. Мы вышли из вагона. Я вернулась после почти трехмесячного отсутствия! Приближалось лето и все некоторым образом изменилось. На перроне было заметное оживление: к местным добавилось немного туристов с рюкзаками, сумками, собаками и детьми. Ветер превратился из колючего злюки в ласкающий весенний ветерок.
- Ты чего такая бледная? – она испугано оглянулась на меня. – Тебе плохо?
- Нет, все в порядке. Просто немного голова закружилась.
- Ну-ка дай я понесу, - она забрала мою сумку, не смотря на мое вялое сопротивление.
Мы перешли оживленную площадь, направляясь туда, где одиноко стоял весь залепленный грязью внедорожник Вадима. Ни в машине, ни около нее никого не было.
- Какого черта! – Лилька схватила телефон и начала яростно набирать брата.- Где носит этого гаденыша! … Вадим! Ты где?…Господи, да мы давно уже около машины! – она со злостью засунула телефон в карман.- Сейчас придет, потерпи немножко, - заботливо попросила она меня.
- Только не говори ему ничего, - попросила я.- Не хочу…- я неопределенно махнула рукой.
- Хорошо, - кивнула она. – Я все поняла.
Прибежал Вадим, обнял сестру и, поймав мой взгляд, криво улыбнулся мне, то ли, намекая на наше последнее свидание, то ли опять был не в духе. Он сильно изменился: его лицо стало измученным, вытянулось, глаза, обрисованные темными кругами, блестели от бессонницы, а может от алкоголя. Я забралась на заднее сиденье. Головокружение сменилось тошнотой.
Потерпи, потерпи… Сейчас важно добраться до дома.
- Как отец?
- Да все нормально! Никакого инфаркта! Этот мудак местный ошибся! А в город привезли, так там сказали, просто давление скакнуло. Гипертонический криз что ли. И откуда эти дебилы берутся! - он с силой нажал на педаль, выкручивая руль, и машина резко рванула с места. – Дня два – три полежит и домой отпустят.
- Понятно. А мама как? – Лилька рукой показывала, что бы он не гнал.
- Сейчас уже лучше. Попереживала, конечно, поплакала.
Я рассеяно слушала их разговор и радовалась, что сижу сзади и можно не держать лицо и спокойно думать о своем. Я вернулась! И так мне вдруг стало тепло и радостно от этой мысли, что я даже поймала на себе удивленный взгляд Вадима в зеркале заднего вида, который не мог понять, по какому поводу появилась улыбка на моем измученном за дальнюю дорогу лице. Сидя в машине и глядя в окно, я уже почти полностью выпала из своей прошлой жизни и потеряла ощущение будущего – казалось, мы всегда будем ехать и ехать по этой бесконечной дороге. Я помнила все слишком хорошо, слишком отчетливо: вот березовая рощица, а за ней - поле, а сейчас за горкой появится синяя крыша из железа. Словно вернулась к себе домой после долгого отсутствия. Я боялась встречи с Вадимом, боялась, что воспоминания замучают меня. А вышло все наоборот. Всю дорогу Вадим вел себя так, будто мы расстались только вчера, будто я никогда и не уезжала. Я достала телефон и отбила SMS-ку Роме: « Доехала. Позже позвоню. Целую». В ответ - ничего. Не отрывая глаз от окна, я упиралась в пейзаж, который столько месяцев подряд был моей единственной вселенной. Господи! Как мне его не хватало. Мы въехали в деревню, и повеяло безысходностью - она была почти безлюдна. Многие дома выглядели брошенными: раскрытые двери, окна, забитые полиэтиленом. Где-то на веревке сохло белье. Перед покосившимся забором двое детишек играли в мячик. Какой-то мужик ремонтировал трактор . Вдалеке показались два дома: мой и Вадима. Ну, слава богу, доехали. Через несколько минут мы были у моей калитки.