- Вижу, ты не очень расстраиваешься из-за перемен, - намекнула я на ее расставание с Костей и скорый переезд-побег на новую квартиру. Судя по ее коротким репликам – расстались они без выяснения отношений.
- Фу, - она пожала плечами. – На работе он, конечно, может мне создать проблемы. Но я справлюсь. А в остальном – я только выиграла. Он мне все нервы вымотал своими закидонами.
Она весело встряхнула головой. Я видела, что она хорохорится и переживает. А для чего еще все эти запасы сладостей?
- Это не мне надо беспокоиться, а вот некоторым остальным…- она многозначительно посмотрела на меня.
Лилька как в воду глядела, у меня навернулись на глаза слезы.
- У тебя все хорошо? – заботливо спросила она, бросив на меня пристальный взгляд.
- Мы окончательно расстались, - я без сил падаю на маленький диванчик, втиснутый в крохотную кухоньку.
- Да ты что! – она уставилась на меня во все глаза. – Ты говорила, что он съехал, но я подумала: временные трудности, бывает. Думала, что все уже наладилось. Он что, так и не простил тебе этой поездки?!
- Не знаю, - ответила я, хотя, на самом деле, конечно же, знала. – Возможно, единственная «временная трудность» у нас как раз попытка все наладить.
- Мне очень жаль, - протянула жалобно подруга. – Зря я тебя тогда за собой потянула.
- Да что я – коза на веревочке?! – сквозь слезы прохлюпала я.- Это было мое решение. И я же не изменяла ему, - слезы текли и текли, и я уже не могла остановиться.
- Так, а ну прекращай реветь! Тебе сейчас расстраиваться нельзя. Тебе надо о хорошем думать, - она подошла и обняла меня, - коза ты моя, коза, - потянулась, привстала на цыпочки и достала откуда-то с полки пакетик с бумажными салфетками, - давай утирайся и будем думать, как исправлять навороченное.
- Он мне сегодня продукты привез…
- Хороший знак, - по - деловому вставила она.
-… и два пригласительных, - всхлипывая, добавила я.
- Какие пригласительные?! – вскинулась Лилька. – Куда?
- Да у него там день рождение фирмы…
- А почему два?
- Не знаю. Наверное, думает, что у меня мужчина уже завелся…
- Заводятся – блохи, Лена, а мужчины – появляются.
- Но я туда ни за что не пойду! – я уверенно мотнула головой.
- Очень даже пойдешь! – она расставляла на столе тарелки, - вот сейчас пловчика жахнем, и обмозгуем это дело в подробностях.
- Нет… - остановила ее я.
- Что «нет»? Так и будешь вековухой сидеть до скончания дней? Ребенку нужен отец, а тебе любящий муж. А уж более любящего, чем Яковлев ты не найдешь, поверь мне.
- Ты не знаешь, о чем говоришь, - сопротивлялась ее напору я. – Он меня ненавидит! Если бы ты видела, какими он на меня глазами смотрит…! Да и потом, у него тьма доступных молоденьких девушек с ногами от шеи, на кой черт ему со мной валандаться?
- Девушек у него действительно много, но женится он на тебе!
- Тебе надо что-то новое, - задумчиво проговорила Лилька, стоя в моей гардеробной.- Шмотки у тебя, конечно, шикарные, но ни в одну ты сейчас со своим пузиком не влезешь. Едем по магазинам!
- Ой, нет, только не шопинг! Я так не люблю это! Толкотня, народ, раздевайся – одевайся, да еще там продавщицы всегда такие надменные! – жалобно промямлила я.
- Да, брось! Не обращай ни на кого внимание. Мы просто покуражимся – будет весело!
Ну, мы и покуражились: медленно перебирали модели на вешалках, щупали материю, проверяли по нескольку раз застежки, заставляли принести в примерочную то и это. И наконец-то, к всеобщему облегчению окружающих, выбрали платье серовато-жемчужного цвета от VALENTINO с коротким пиджачком в тон.
- Точно, - подытожила Лилька, окидывая меня оценивающим взглядом. – То, что надо! Их надо всех убить!
- Кого? – ухмыльнулась я.
- Твоих врагинь – соперниц, - ответила она ласково, но с такой улыбочкой…
Я подъехала на такси по указанному в приглашении адресу. На тротуаре, чуть в сторонке от входа топталась Лилька, украдкой куря сигарету.
- Привет, - она коснулась своей щекой моей щеки и чмокнула губами воздух возле уха, имитируя приветственный поцелуй.
- Как настрой? – глядя на ее хмурое лицо, поинтересовалась я.
- Как у боксерской перчатки, - мрачно ответила она, выбрасывая недокуренную сигарету в урну. – Так и хочется по морде кому-нибудь съездить. Самое время встретиться с Яковлевым…
- Ну, ты уж сразу на него не нападай.
- Постараюсь. Но, не обещаю.
Мы разделись и прошли в арендованный зал ресторана.
- Ух ты ж, ежик! – воскликнула Лилька, оторопело останавливаясь в дверях. Мы были поражены размахом и торжественностью мероприятия. Народу было - около сотни. Важные и, даже иногда узнаваемые, мужчины неспешно прохаживались со своими спутницами по освобожденной от столиков половине зала или стояли стайками, переговариваясь вполголоса и бросая по сторонам холодные цепкие взгляды. Многие повернули в нашу сторону головы. Меня вдруг охватила агорафобия. Все , чего я предвидела и так боялась, случилось: люди, которые меня знали, испытующе , с любопытством меня рассматривали, иногда даже украдкой показывая в нашу сторону рукой. Я чувствовала, как вдыхаю их удушливую жалость и любопытство, ведь я своего рода знаменитость: своей грандиозной славой я обязана пережитому горю.