Стилистика… Мама говорит: «Складно пишешь, сынок». Сюжет… А что это?.. В результате образуется чудовищный вал низкокачественного самотека, его отклоняют, но тексты находят пристанище в Сети. Их читают такие же подростки с пассивной жизненной позицией, растущие напротив монитора. Отсюда так много скачиваний откровенной ерунды.
Но одними пассивными подростками мир не полон. К счастью, людей, ведущих нормальную жизнь, больше. И они любят читать настоящие, то есть бумажные, книги. И пока живые люди не превратятся в подключенные проводами «овощи», а это вряд ли произойдет, бумажная книга не исчезнет.
За
Это спасение для пишущих и читающих
Дмитрий Каралис, писатель.
Виртуальная литература представляется мне некой альтернативой, спасением для многих пишущих и читающих. Любой может поместить свое произведение в Сети и быть признанным или непризнанным. Но некоторые авторы, особенно молодые, выщелкивают рассказы и повести в сеть сразу после финальной точки, даже не перечитав написанное. Книга — это ребенок, которого автор отправляет на первую самостоятельную прогулку. Если пишущий хочет, чтобы дитя понравилось публике, его следует нарядно одеть, причесать, украсить бантом занимательности, проверить крепость сюжетных пуговиц и крючков, смести щеткой мусор пустых фраз, повторов и неблагозвучий, а потом уже с напутственным шлепком первой динамичной фразы выпустить в люди.
Но, несмотря на весь неминуемый в бесконтрольном потоке брак, сетература — альтернатива нынешнему коммерческому издательству. Когда в 1989 году начали появляться свободные издательства, братья Стругацкие и московский фантастический молодняк учредили и свое, где я проработал несколько лет.
Главным для нас, несмотря на то что этот бизнес приносил неплохие деньги, был интерес к литературе. Нам хотелось явить читателю замечательные произведения, которые не достались ему из-за малых тиражей или прежних запретов. Сегодня издательств, работающих на голом энтузиазме, немного, и я ими искренне восхищаюсь, потому что ощутимого дохода они не получают, а книги издают подчас редкостные. Погоду же на книжном рынке делают два-три крупных книгоиздательских холдинга, по своей сути существа сугубо коммерческие. Для них главное — книжный поток и так называемые бестселлеры, которые объявляются «наиболее продаваемыми» еще до начала продажи. Автора выбирают, руководствуясь социальным статусом, возрастом и другими, по их мнению, важными критериями общественного интереса. Например, берут какого-нибудь маленького обиженного мальчика из бывшей союзной республики и делают книжку о его сенсационных злоключениях на новой родине. Подсказывают юному дарованию сюжетные ходы, перипетии, навязывают монстров-героев, фантастические обстоятельства, вроде откушенной пьяным милиционером руки, и выпускают в облаке назойливой рекламы, которая внушает покупателям мысль, что это лучшая и честнейшая книга всех времен и народов. Если не прочитаешь — считай, упустил свое эстетическое счастье.
Что касается книгопродавцев, то раньше в Петербурге насчитывалось более ста самостоятельных независимых книжных магазинов. Когда в город пришли книжные сетевики, они подмяли их под себя. И теперь у писателя или маленького издательства практически нет возможности выставить книгу на продажу — головной офис в Москве запрещает брать книжную продукцию со стороны. И блестят на прилавках книги, из которых, по моему мнению, 90 процентов — просто обман покупателя. Недавно я несколько часов копался на полках одного сетевого магазина. Выбрал всего две (!) книги.
Куда деваются авторы притянутых за уши бестселлеров? Их фамилии без пол-литра теперь и не вспомнишь. Взять хотя бы Паоло Коэльо. Одно время о нем не говорил только ленивый, а теперь — тишина. Правильно кто-то назвал бестселлером книгу, о которой все говорят, но никто не читал. В сети же мнения о произведениях создают сами читатели, без подсказки рекламы, и в этом сетература честнее книжной торговли.