Леший начал разливать по стаканам, Винт снова облизал лезвие, и, перехватив брезгливый взгляд Лысого, широко улыбнулся.
- Да другой это нож, другой! Я тот нож в шестом наемнике оставил. Он у них сторожем в ихом лагере оставался. Когда за мужиками пошел – наткнулся. Пока подкрадывался, пока барахтались с ним – я ему в грудину нож засадил, а выдернуть не мог. В кость попало. Так лезвие и обломилось. А этот нож у них в вещах нашел, новый совсем, даже не точенный ни разу. Ладно, сталкеры, вздрогнули. Живым – живое, мертвым – помин. Пусть земля им будет пухом.
Багровеющее солнце укрывалось черными тучами, поднявшийся ветер пыльными клубами закрыл землю, спрятав свежие кресты, трупы людей и животных. Прокатившийся выброс словно ластиком смел все бренное и не имеющее, по его мнению, права на жизнь, с поверхности, перевернув новый, чистый лист жизни Зоны.
Вячеслав "Tank72" Густов Ужин
-Ну чё, задохлик? Контролёра тоже, небось, не встречал? Да не боись, присаживайся. Барахлишко вон туда скинь, к моему поближе. Да не сжимай кулаки – против «Вальтера» бесполезны. Вот. И ручки на виду держи, пока я в вещичках твоих покопаюсь. Что за хрень? Трава какая-то, грибы. Ты что, нарик? Вот тебе первый урок Зоны – никому не верь. А за науку ты мне должен… Скажем, пять тысяч. Устроит? Тогда десять. Нет, так нет. Отработаешь. Эх, мелкий! Что ж ты в Зону без оружия полез? Тут тварей – мама не горюй. Кровососы, бюреры, псы адские. А страшней всего – контролёр. Ростом под два метра – не то, что ты, шкет, и глазищи, как два костра. Эй, ты чего так смотришь? Ой, мать…
Разжал правую руку. Выпавший «Вальтер» звякнул. Сделал шаг. Другой. Встал перед костром. И шагнул ещё.
-Ой! Мать! Мама! Оооооооооой!!!!!!!!!!!! Не губи… Аааааааааааааа!!!!!!!!!!!!!!!!
Последний крик походил на человеческий весьма слабо. Загорелись кеды, вспыхнули треники. Затрещала, занявшись пламенем, кожанка. Жар ещё не дошёл до важных внутренних органов, а этот Карузо уже взял верхнюю ноту в регистре. Щёлк! – громко щёлкнуло в мошонке. Вопль оборвался.
Я разлепил непослушные губы, и, (отвык всё-таки от общения) нечётко произнёс:
-Контролёры – они разные бывают.
Посмотрел в побелевшие от боли глаза. Принюхался. Пожалуй, уже можно есть.
Вячеслав "Tank72" Густов Хороший день
Иван встал, и закашлялся. День обещал быть солнечным, и, общая бессмысленность бытия растворялась, отступая на другой план. Хотелось жить, и радоваться жизни. Поправил протёртое до дыр пальто, и зашагал к свалке – хотелось есть. По дороге погладил Шавку – бесхвостую, беспородную, и, такую же бездомную, как и он сам. Шавка вильнула обрубком хвоста, и, высунув язык, уморительно скривила мордочку. Села, и почесала ногой за ухом. Иван умел ладить с животными – любил их. Другие бездомные – он не любил слова «бомж» - собак, и прочую живность если и приветствовали, то только в гастрономическом смысле.
Ещё раз погладил тёплый бок, почесал за ухом. Шавка хитро прищурила оба глаза, и, с размаху шлёпнулась на спинку. Подставила заросшее белёсой шёрсткой пузо, дрыгнула лапкой – чеши.
Рассмеялся, почесал. Подумал, что день начинается хорошо.
Со стороны Зоны донёсся вибрирующий, на грани слышимости, гул. Шавка приподняла голову, и негромко тявкнула. Вопросительно посмотрела на Ивана.
Тот стоял, не шевелясь. Неожиданная волна подхватила, и понесла, не давая слабенькому сознанию вмешаться и перехватить бразды. Стукнуло, и забилось в ровном сильном ритме сердце. Надпочечники выбросили первую порцию адреналина. Заозирались старые, выключенные и позабытые со Второй Афганской нейроимплантанты. Резко обострились зрение и слух.
И, что-то происходило с костями и мышцами. Голова стала горячая, пластичный череп, подготавливаясь к будущему, изменял внутренний объём.
Рядом громко заскулила, изменяясь, Шавка. Иван встал, и сделал первый шаг.
Контролёр и псевдопёс уходили вместе.
Валерий "Отшельник" Гундоров Хучи-кучи мэн
- И наплевать, что я небритый, что в грязи мой левый шуз.. – немузыкально пропел одетый в сталкерский комбез мужчина лет тридцати. При этом он, опасно свесившись с обломка бетонной плиты, некогда служившей балконом, пытался рассмотреть по возможности большее пространство, перекрытое от взгляда этой плитой второго этажа. Метнувшееся от стены под балконом тело псевдособаки заставило его отшатнуться назад.