- Скажи мне, это страх не дает тебе сделать вдох? – и, действительно, после его слов я вдохнула, и поняла, как он мне был нужен.
- Я думаю, пора приступать к делу – слова вылетели из моих уст так быстро, что мне самой потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что именно я произнесла.
- И, к чему по-твоему пора приступать? – теперь в глазах парня появилась тень усмешки и возбуждения.
- Наверняка, ты что-нибудь придумаешь – что ж, если не хватило смелости на побег, то хотя бы выкажу сопротивление словами, что явно вызывает в нем лишь смех.
- Ты мне нравишься, но знаешь, что я люблю больше, чем хорошеньких девушек? – я специально молчала, давая ему возможность высказать, по его мнению, идеальную фразу – Убивать.
Две секунды. Хватило две секунды, чтобы волна ярости и сопротивления во мне, превратилась в цунами боли, сносящее любые другие эмоции на своем пути.
- Нееееееет! – крик вырвался из меня, и я сорвалась с места к уже бездыханному телу, лежащему на полу пыльной и старой церкви.
Я хотела сказать еще тысячу слов, но из моего горла пробивался лишь вопль и беспрерывно капали слезы. Я провела по маминому прекрасному лицу, которое было все в крови, и ее становилось больше и больше. Она вытекала из раны на лбу, где зияла дыра размером с пулю выпущенную в нее.
- Этого не может быть, не может, не может – я повторяла слова как мантру, одновременно проводя своей уже грязной от крови рукой по ее волосам.
- Не унывай, я почему-то уверен, что вы скоро снова будете вместе – и засмеялся таким смехом, от которого на мои глаза опустилась пелена ярости, не дававшая мыслить трезво.
- Ты…. Ты… – слова никак не хотели появляться в моей голове, и мне кажется, что нету такого значения способного описать его в полной мере. Человек, получавший удовольствие от совершенного убийства, по истине достоин находиться в армии короля Дария.
- Не переживай, она не мучилась, смерть была быстрой, закончившаяся яркой вспышкой боли напоследок.
Мое дыхание участилось, а в голове начали появляться образы того, как я убиваю его собственными руками. Картинки менялись быстро и стремительно, удивляя меня тем, сколько способов убийства я знаю. Но, было единственное видение, возникшее в моей голове, которое должно было сработать. Одно слово, мелькнувшее так быстро, но врезавшееся в память так крепко.
- Какой прекрасный образ я создал. Ты, такая хрупкая и маленькая, с этим яростным выражением лица и твердым намерением отомстить мне. Я всегда умилялся тому, как люди после потери близкого, уверенны в том, что могут меня убить и сами же падают замертво, стоит им только начать приближаться ко мне.
Это заставило меня снова опустить на пол пятку ноги, уже стремящуюся подняться. Он не будет стрелять в меня, пока я не нападу на него. И, снова это слово в голове, будто пытающееся мне помочь и указать на то, что именно оно является моим спасение.
- Твоя мать была редкой красоткой, и мои друзья просто не поймут меня, узнав, что я убил ее не воспользовавшись, ведь именно так бы поступили они. Но, они убивают, потому что оказались на службе, а я наоборот, пришел на службу, чтобы убивать.
- Я сорвала куш попав именно к тебе сегодня.
- Тебе просто неимоверно повезло – наконец, вдоволь насытившись своим превосходством, он начал приближаться ко мне, - Но, открою тебе большую тайну: я не воспользовался ею, потому что не пользуюсь шлюхами из борделя дважды, даже такими искусными, как твоя мать – и в этот момент, слушая грязные слова о моей матери, слетавшие из уст ее палача, слово все же нашло выход из моего разума.
- Morid! * – я произнесла слово четко, смотря ему в глаза, и мысленно представляя, как из этих самых глаз, потечет кровь и будет выливаться, пока вся не вытечет из тела и не останется лишь полностью синий и обескровленный труп. При этом, он будет молчать и даже не сможет двигаться, но сполна познает глубину боли. Напоследок.
* Умри!
Как только мысль сформировалась в моей голове, солдат упал на пол, и из его глаз начала вытекать кровь, создавая ручьи на лице. Хватило пару секунд, чтобы я поднялась и подбежала к нему, с ужасом и восхищением наблюдая за этой картиной. Было видно, что он хочет что-то сказать или даже ухватить меня за шею, и забрать в мир мертвых с собой, но тело не позволяло ему этого сделать.