— Позволь усомниться, малыш, — в голосе Грин-Грина звучало спокойствие.
— Поживем — увидим, — произнес я.
Итак, наша команда увеличилась. Ник шагал рядом со мной.
— Он внизу?
— Да.
— Ладно.
— У тебя есть бомбы?
— Есть.
— Тогда лучше кинуть бомбу. Если он там, запузырим ее в окно. — Он один?
— Ну… что тебе сказать, Фрэнк… нет. Но это не будет убийством. Как только у тебя будут Пленки, ты ее восстановишь.
— Кто она?
— Ее зовут Кэтти. Больше я ничего не знаю.
— Хватит и этого. Она моя жена.
— Тогда этот вариант отпал. Придется стучаться в дверь.
— Придется. Но тогда я займусь Шендоном, а ты прикрывай Кэтти.
— За нее ты не волнуйся.
— Почему?
— Нас разбудили не вчера, Фрэнк. Мы не знали, где мы и почему. А эта зеленая стерва сказала, что знает не больше нашего. Мы знали лишь то, что умерли, а теперь живем. А о тебе мы узнали, когда зеленый начал скулить с Майклом. Но он забыл про блокировку и Майкл влез в его мозг. В общем, вроде того. А Майкл и девушка… ну, Кэтти… между ними, значит… это самое. Вроде как любовь.
— Грин-Грин, почему ты мне не сказал об этом?
— Я не думал, что это так важно. А разве нет?
Я не ответил. Я сам не знал. Где-то внутри мозга педаль газа была выжата до предела. Мысли вихрем неслись в моей голове, а я сам стоял, не шевелясь, прислонившись спиной к скале.
Я появился здесь, чтобы найти и убить врага. Теперь он со мной рядом, а я охочусь за другим. Тот другой спит с моей женой, которую я прибыл спасать… Не знаю почему, но это меняет дело. Если она его любит, прикончить Майкла на ее глазах я не смогу. Не смогу, пока он для нее что-то значит. Даже если он ее подставил, если ему плевать… Тогда проходит первое предложение пейанца — попробовать его купить. У него есть Сила и красивая женщина. Если прибавить миллион — должно сработать. Попробуем.
Можно было бы просто повернуться и уйти. Через двадцать часов «Модуль-Т» уже держал бы курс на Независимое Владение. Кэтти нужен Шендон — оставляем его ей. Я разделываюсь с Грин-Грином и возвращаюсь в мой дом, в мою крепость.
— Нет, это важно.
— Ты меняешь план? — спросил Грин-Грин.
— Да.
— Опять женщина?
— Опять.
— По-моему, ты чудишь, Сандо. Проделать такой путь и все изменить из-за женщины, нет, древнего воспоминания…
— К сожалению, у меня отличная память.
Оставить врага моего Имени в тренированном теле ловкого и умного человека — эта идея мне как-то не нравилась. Его страстное желание укоротить мою жизнь будет мешать мне заснуть даже на Независимом Владении. С другой стороны, что толку с дохлой гусыни, если при жизни она несла золотые яйца? Как же все-таки забавно, прожив даже по пейанским меркам достаточно долго, присутствовать на гигантском карнавале и видеть в непрерывном хороводе врагов, друзей, любимых, отвергнутых, обожаемых, ненавидимых… И с каждым новым оборотом они то и дело меняются масками.
— Что будем делать? — поинтересовался Ник.
— Вступлю в переговоры, если получится.
— Я чего-то не понимаю, — заявил Грин-Грин. — Это не ты говорил, что «пай-бадры» он не продаст?
— Когда говорил, я так и думал. Но тогда не было Кэтти. Я попробую его купить, попытаюсь.
— Я не могу этого понять.
— Вот и не старайся. Вам обоим я советую остаться здесь. Во время беседы он может начать огонь.
— Если ты получишь пулю в живот, что делать нам?
— Это уже твои проблемы. Бай-Бай, Ник!
— Бай-бай, Фрэнк!
Закрывшись телепатическим экраном, я стал спускаться к хижине. Вначале я не прятался, но очень скоро мне пришлось пробираться ползком, используя для прикрытия разбросанные вокруг шале камни. Наконец, до дома осталось футов сто пятьдесят. Я устроился в тени двух громадных валунов, вынул пистолет и взял черный ход на прицел.
— Майкл! — крикнул я. — Это Фрэнк Сандо!
Прошло секунд тридцать, прежде, чем он отозвался.
— Что ты хочешь?
— Хочу поговорить.
— Говори.
Свет в домике неожиданно погас.
— У вас с Кэтти… Это правда?
— Думаю, да.
— Она с тобой?
— Не исключено. А что?
— Я хочу услышать ее.
И я услышал.
— Слушай, Фрэнк, мы не понимали, где мы… я все время видела пожар… Я не знаю, как… Это правда, Фрэнк… Извини…