— Как плохо однажды испортить себе репутацию! — посетовал Джек. — Потом тебе начинают приписывать все злодеяния в мире!..
— Хватит болтать! Ты намеревался похитить камень? Да или нет?!
— Надо быть полным кретином, чтобы сказать «да»!
— Слушай, мошенник, я смогу когда-нибудь добиться от тебя честного ответа?!
— Если честность — это умение говорить то, что приказываете вы, то я не настолько честен!
— Свяжите преступнику руки!
У Бенони лопнуло терпение, и без того бывшее на пределе.
— А теперь отвечай, исчадье тьмы — сколько у тебя жизней?
Молчание.
— Ну что же ты? Ведь всякому известно, что у вас, в темном царстве, у каждого в запасе пара-тройка жизней! Сколько осталось у тебя?
— Мне не нравится ваше любопытство, — сказал Джек.
— Хорошо, спросим по-другому: ты ведь собираешься умереть не насовсем?
— Увы, дорога из Сточных Канав Глайва далека… Ведь это Западный полюс планеты! А остаться там я не хотел бы. Так что ничего определенного я вам сказать не могу.
— Ну и знаток! Ты что, уже успел побывать там?!
— Успел, — Джек незаметно проверил крепость веревок. — И не хотел бы очутиться там снова.
— Ага, значит, ты сознался, что умирал уже по крайней мере один раз! Прекрасно! В таком случае меня не будет мучить совесть, если я прикажу немедленно казнить тебя!
— Постойте! — возмутился Джек. — Что это за сделки с совестью! Тем более, что я пока чист, как ягненок. Знаете что — оставьте меня в покое! Хотел я украсть ваш Пламень или так просто прогуливался — сейчас это уже не имеет значения! Отпустите меня, и я уберусь восвояси на все время Игр. И никогда больше не появлюсь в Стране Сумерек.
— Чем ты можешь поручиться?
— Я дам слово.
Похоже, сегодня Бенони насмеялся на год вперед.
— Да, дорого стоит слово человека тьмы!.. И тем более — слово легендарного вора! Нет уж, дорогой Джек, пока ты жив, я буду беспокоиться за судьбу моего приза. Моя власть позволяет казнить тебя, и будь уверен, я это сделаю. Пиши, писец: в скорбный час судил я его и вынес приговор!
Кучерявый бородач-горбун с пергаментной кожей лица, выдававшей тайные пороки, очистил перо и принялся писать.
Джек гордо выпрямился, и его взгляд уперся в Распорядителя Игр.
— Вы, смертные, боитесь меня. И потому даже не пытаетесь понять. Слишком вам дорог дневной свет и ваша единственная жизнь. А за ее пределами вам нечего искать. По вашим понятиям, такие, как я, лишены души, которой вы гордитесь… Зато у нас есть нечто иное — наши жизни! И вы завидуете нам. Поэтому ты и хочешь убить меня. Причем прекрасно сознавая, что умирать мне ничуть не легче, чем тебе!
Бенони не выдержал первым. Он опустил глаза.
— Ты забываешься, вор…
— Согласитесь на мое предложение, — перебил его Джек. — Я покину Айглез. Но если вы все-таки решите казнить меня — берегитесь. Ты не веришь моему слову, но я заставлю тебя поверить! Поверить слову Джека-из-тени!
Горбун перестал скрипеть пером и вопросительно покосился на Бенони.
— Джек, — заявил Распорядитель, слегка побледнев, — в последний раз спрашиваю: ты собирался похитить Адский Пламень?
— Собирался.
— Зачем он тебе? Его и продать-то нельзя: слишком приметный!
— Я хотел подарить камень. Одному моему приятелю. Я перед ним в долгу, а ему зачем-то понадобилась ваша безделушка. Если вы отпустите меня, я скажу ему, что не смог достать камень.
— Нет, Джек… Вряд ли ты простишь мне сегодняшний позор. И мне не хотелось бы стать мишенью твоего гнева.
— Если ты отправишь меня в Сточные Канавы Глайва — я попаду вскоре в самый центр этой мишени!
— Но человек в моем положении не может верить на слово существу, известному как Джек-Лгун!
— Так значит, я впустую сотрясаю воздух? Так?!
— Выходит, что так.
Писцу Бенони сказал:
— А ты продолжай записывать.
— И мои угрозы тоже уже потеряли вес? — угрюмо спросил Джек.
— Ну почему же… Только с одной стороны — твои угрозы и месть через неопределенный срок, а с другой — кара за утраченный приз, которую я понесу немедленно. Пойми меня правильно, Джек, ты не оставил мне выбора.
— Понимаю, — согласился Джек. И обернулся к Смаджу и Квейзеру.
— Запомни, ослиный помет, и ты, двуполый евнух — вас я найду! Из-под земли достану! Дайте срок!..
Смадж покосился на Квейзера. Гигант натянуто улыбнулся.