Короче, это был шумный и гладкий толстунчик, вырядившийся в красную рубаху и такой же румяный, как и его одеяние. И восседал вышеупомянутый мистер Глайден за столом в своей конторе «Солнечный Сион». Мы обменялись рукопожатием, и он потянулся за сигарой, звякнув масонским кольцом о завиток керамической пепельницы, затем погрузился, подобно рыбе, в озеро клубов табачного дыма и стал изучать меня.
— Присаживайтесь, мистер Коннор, — промычал он, жуя сигару. — Я к вашим услугам.
— Дом Руфь Лэрри, по улице Нуаж — ваша епархия?
— Моя. Подумываете о покупке?
— Я разыскиваю мисс Лэрри. Вам известно, куда она уехала?
Некий огонек моментально угас в его глазах.
— Нет. Я даже никогда ее не видел.
— Хорошо. Куда, в таком случае, вы собирались пересылать деньги, вырученные за дом?
— А почему я должен отвечать на ваши вопросы?
— А почему бы вам и не ответить?
— Деньги надо было положить на ее счет в банке.
— Это здесь в городе?
— Да. Фонд Художников.
— Но она не договаривалась с вами лично?..
— Это сделал ее адвокат.
— Не подскажете ли его имя?
Он слабо колыхнулся в недрах своего дымного озера.
— Пожалуйста. Андрэ Дюбуа, «Винсон, Кэрилинг и Ву». Восьмой квартал к северу отсюда.
— Спасибо.
— Я понимаю, что дом вас не интересует?
— Напротив. Я покупаю его. Но только в том случае, если вступлю в право владения не позднее полудня и свяжусь с этим адвокатом. Я полагаю, пятьдесят две тысячи вас должны устроить?
Поль Глайден немедленно выбрался на твердую землю.
— Как мне найти вас, господин Коннор?!.
— Я остановился в «Спектруме».
— Тогда я звоню вам после пяти. Договорились?
— Вполне.
Вполне, подумал я… Ну, и что теперь?
Сперва я снял номер в «Спектруме». Потом по секретному коду вызвал своего человека на Дрисколле и приказал подготовить необходимую сумму наличными для того, чтобы уважаемый Лоренс Дж. Коннор мог совершить интересующую его покупку. В-третьих, я отправился в квартал религиозных учреждений, оставил турбомобиль на стоянке и пошел дальше пешком.
Я проходил мимо церквей и храмов кого угодно: от Христа до Зороастра. Но лишь в пейанском секторе я замедлил шаги.
Немного погодя я нашел то, что искал. Дело в том, что над поверхностью возвышалось всего одно здание — нечто зеленое, с гараж величиной.
Я вошел и стал спускаться по винтовой лестнице. Потом оказался в небольшом фойе, освещенном свечами, и прошел под нависающей аркой.
Здесь располагался центр святилища. И здесь же был главный алтарь темно-зеленого цвета, окруженный рядами скамеек.
Сотни стеклоновых панелей украшали все пять стен, и на каждой красовались пейанцы, совершающие героические деяния. Мне подумалось, как давно все это было, и сомнения закрались в душу.
Быть может, мне не стоило прилетать сюда…
Шесть пейанцев и восемь людей находились в святилище, все они надели молитвенные ленты, а из шести пейанцев четверо были женщинами.
Рост у них приблизительно семь футов, и кожа имеет травяной оттенок. Головы смахивают на воронки горлышком вниз и сплюснутые сверху, а глаза такие же зеленые, как и кожа, или с желтизной. Нос вообще почти отсутствует — так, две складки и ноздри размером с монету. Волос на теле нет. Рот большой и беззубый. Вместо зубов — роговые наросты, заменяющие и губы по совместительству. Ими пейанцы жуют. Если вы никогда не видали пейанцев, то хочу добавить — даже если вам это покажется странным — что они грациозны, словно представители кошачьих, вполне симпатичны, а возраст их расы не сравним с возрастом юного человечества. И мудрость тоже… Кроме того, они двусторонне симметричны, и имеют по две руки и ноги с пятью пальцами на каждой. В независимости от пола, пейанцы предпочитают юбки, куртки и сандалии, почти всегда темного цвета. Женщины чуть ниже, шире в бедрах, но грудей не имеют. Просто у них нет необходимости выкармливать потомство молоком, поскольку те питаются запасами жира в подкожных тканях, и этого им вполне хватает на первых порах. А потом им дают жидкую кашу и разную морскую пищу.