«Спасибо. Прошу, не ищите меня. Я должна вернуться. Я люблю вас.»
Подпись, конечно, отсутствовала. Так и осталась она в моей памяти — Девушкой Без Имени…
…высокая трава под деревом во дворе, пятнадцатилетний мальчишка с косой в руках. После очередного взмаха косы он замечает на земле птенца с торчащими в разные стороны под странным углом ножками. Птенец при виде мальчишки отводит голову назад и разевает клюв. Присев, мальчишка видит, что маленький скворец весь покрыт муравьями и осторожно отряхивает их. Затем он находит для птенца подходящее на его взгляд место — корзину со свежескошенной травой. Он ставит корзину на патио, под кленами. При помощи пипетки он пытается влить в клюв несколько капель молока, но безуспешно, и вновь принимается за работу. Позже, вернувшись взглянуть на птенца, он замечает рядом с ним пять-шесть больших черных жуков и с отвращением их выбрасывает. Утром следующего дня он обнаруживает в корзине новых жуков и вновь наводит порядок. Некоторое время спустя он видит, как на край корзины села взрослая птица. Она прыгнула в корзину и тут же улетела. За полчаса она прилетала еще три раза. Мальчишка заглянув в корзину и найдя там жуков, понимает, что птица хотела накормить птенца — он просто не мог есть. Ночью птенца съел кот, оставив в корзине несколько перьев и капель крови. Среди больших черных жуков. Мальчишка увидел их только утром…
…где-то в пространстве кружится вокруг красного солнца пояс астероидов. Несколько веков назад мы никак не могли установить контакт с обнаруженной там членистоногой разумной расой. Они называли себя «веллисы» и наотрез отказались от призывов к «дружбе и сотрудничеству». Более того, они умертвили наших посланников и вернули их обратно в расчлененном виде, который, видимо, наиболее соответствовал их членистоногим вкусам. Уже тогда у них были межпланетные корабли, а вскоре они приступили к межзвездным перелетам. В результате, где бы они ни появлялись — они несли смерть, тут же возвращаясь на исходные позиции. Веллисы или не представляли размеры Межгалактического сообщества, или это их совершенно не волновало. У них хватило разума сообразить, что, пока другие разумные сумеют договориться и объявить им войну — уйдет масса времени.
К тому же, межгалактическая война — явление чрезвычайное. Пейанцы — единственная раса, которая в этом что-то смыслит. Как и следовало ожидать, наступление успешно провалилось, остатки союзного флота были немедленно отозваны и мы перешли к вялому дальнобойному обстрелу. Но веллисы оказались разумнее, чем предполагалось. Они имели совершенную антибаллистическую защиту, и мы вновь отступили. Блокада также не удалась, и набеги регулярно продолжались.
Только тогда были призваны трое Носящих Имя, три Миротворителя: Сан-рин из Крелдэя, Карфтинг из Мордеи, и ваш покорный слуга. Призваны, дабы употребить нашу Силу во разрушение.
В один малопрекрасный день в системе веллисов стал формироваться планетоид. Камень за камнем, скала за скалой — он рос и рос, постепенно меняя орбиту. Мы расположились на самой окраине системы, медленно выращивая новый мир и ведя его по спирали развития; и когда веллисы осознали опасность происходящего — уже было поздно. Впрочем, они все же попытались уничтожить новое образование. Тщетно. Бежать они даже не пытались и пощады не просили. И пришел День гнева. В месте пересечения орбит двух планет теперь мечется водоворот заледеневших глыб, и красное солнце равнодушно взирает на него. После этого я ушел в недельный запой…
…моя машина разбилась, и я погибал в пустыне, напрасно пытаясь дотащиться до поселения. Небо обдирало мою кожу, подобно наждачной бумаге, а ноги исчезали в галактических просторах, отказываясь идти. В конце концов я потерял сознание. Это продолжалось бесконечно — день или вечность. Затем ко мне подошло некое существо — я принял его за кошмар горячечного бреда — и склонилось надо мной. Оно было багрового цвета, с кожаным жабо вокруг толстой шеи и роговыми наростами на морде допотопного ящера. Добавьте к этому четыре фута длины и чешую, а также когти, короткий хвост и темные глазки, полуприкрытые мембранами. С собой у существа был маленький мешочек и длинная тростинка.
Я не знаю до сих пор, кем являлся мой пришелец. Несколько секунд он (или оно?) рассматривал меня, затем отскочил в сторону, воткнул тростинку в песок и припал ртом к верхнему краю. Щеки его раздулись, подобно надувному шарику. Затем он вновь подбежал ко мне и похлопал лапой по моим губам. Я прекрасно понял смысл жеста и раскрыл рот. И этот ящер перелил воду из своей пасти в мой рот, стараясь не пролить ни капли. Шесть раз процедура повторялась, а потом я снова потерял сознание.