Я вспомнил вчерашний разговор с вдовствующей княгиней.
— Карту чего?
Фериус рассматривала свое произведение.
— Не твое дело.
Этот развязный ответ разозлил меня еще больше.
— Ты ко мне подкралась!
— Это было нетрудно, — отозвалась она, ополоснув кисточку. А потом завернула ее в тряпицу и убрала в сумку. — Может, в следующий раз вы с подружкой сотворите заклинание «не щелкай клювом»?
— Она мне не… Она вообще никто. Я не хочу это обсуждать!
— А уж я — тем более. — Фериус достала из кармана курительную соломинку и сунула в зубы. А потом вынула из сумки два тряпичных мешочка и из каждого — по щепотке порошка. Когда порошки соприкоснулись, произошел крохотный взрыв, и Фериус прикурила.
— Что это еще такое?
— Порошки, которые я использую для рисования. И которые не стоит смешивать в больших количествах.
Она выпустила в мою сторону колечко дыма.
— Нифения ушла, потому что у меня нет магии, — сказал я, поняв, что на самом-то деле хочу это обсудить. — Сперва я был перспективным. И казалось, что я ей нравлюсь. Но потом, когда дела пошли плохо, она, видимо, решила, что не стоит из-за меня впутываться в неприятности.
Если я и ожидал сочувствия (а я ожидал!), то напрасно.
— Знаешь, что мне интересно? — сказала Фериус.
Я не ответил. Да ответа и не требовалось, потому что она все равно продолжила:
— Если б эта девочка не была такой хорошенькой, ты бы вообще ее заметил?
Она дала мне три секунды, а потом расхохоталась.
— Ты очень забавный, малыш. Ты в курсе?
— Замолчи, Фериус, — огрызнулся я.
Солнце клонилось к горизонту. Мастер Осья-фест уже ковылял в сторону улицы. Очевидно, урок закончился.
— Ты дароменская шпионка? Это ты сделала, чтобы Теннат и другие посвященные заболели?
— Не-а. — Она смерила меня долгим взглядом. — А ты?
— Не болтай ерунды.
— Сказал парень, который только что спросил шпионку, не шпионка ли она.
— Если ты не шпионка, тогда кто? Едва ли простая странница-аргоси осталась бы тут после всего, что случилось ночью.
— Я женщина, малыш. Может, ты их раньше не встречал в вашем-то медвежьем углу, но это такие существа… вроде мужчин, только умнее и с более крепкими нервами.
Вообще говоря, Фериус только что оскорбила мою мать, мою сестру и всех женщин нашего клана заодно. Но сейчас меня больше волновал другой вопрос.
— А ты не боишься, что Рафан, Редир и Теннат могут повторить попытку?
Фериус поднялась на ноги и присела на скамью рядом со мной.
— Кто-кто? Эти болваны?
— Они или кто-то другой. Не думай, что те же трюки снова сработают. В следующий раз они могут…
— В следующий раз будут другие трюки.
На ее лице я видел обычное для Фериус самодовольно-самоуверенное выражение. Но я помнил ее глаза — тогда, ночью. И в тот миг в них был неподдельный страх.
— Они уже видели твой дым и стальные карты. Что будет, когда трюки у тебя закончатся? Когда на тебя решат напасть более сильные маги, и…
Фериус пожала плечами.
— Вот тогда и поглядим. — Она снова затянулась соломинкой. — А сейчас давай вернемся к более насущным вопросам. Скажем, к той юной даме, которая тебе так мила, но которую ты при этом облил грязью.
Половина магов нашего города, вероятно, желали ей смерти, а Фериус Перфекс хотела поговорить о моей личной жизни?
— Слушай, если у тебя нет заклинания, чтобы я ей понравился со всеми моими недостатками, оставь свои мысли при себе. Да и потом, как она сама сказала, в ней нет ничего особенного.
Фериус посмотрела на меня и глубоко вздохнула, выпустив изо рта целый клуб дыма.
— Ладно, приятель, ты мне подсобил прошлой ночью. Поэтому, так и быть, подарю одно заклинаньице.
Я отвернулся.
— Если это очередная шутка насчет заклятий, то не трудись. — Мне давно надоело слушать, как Фериус потешается над нашей магией.
Она вдруг положила руку мне на плечо. Это было неожиданно, и я инстинктивно попытался отодвинуться, но ее хватка была крепкой.
— Я и правда научу тебя одному заклинанию, малыш. Потому что оно тебе нужно, даже если ты сам этого не понимаешь. — Она наклонилась и прошептала мне на ухо несколько фраз.
Ну, конечно, как всегда! Еще одна дурацкая уловка. И почему Фериус постоянно делает вид, что какие-то глупые трюки работают не хуже подлинной магии? Я мог бы просто махнуть рукой и пойти восвояси, вот только мне было не по себе из-за того, как я обошелся с Нифенией. И, заметив ее в конце процессии посвященных, покидавших Оазис, я ринулся следом.
Она обернулась и увидела меня, а я увидел страх в ее глазах. Нифения боялась, что я наору на нее или скажу что-нибудь гадкое. Боялась мести за то, что отреклась от меня. Я тряхнул головой, прогоняя эту мысль. «Если уж выставляешь себя идиотом, хотя бы сделай это красиво… Спокойствие, — напомнил я себе. — Первым делом — спокойствие».