Когда люди узнали, что клетка останется в Оазисе, они и сами предпочли не задерживаться там. Страх перед ядовитым чудовищем был слишком силен: все предпочли держаться подальше.
Я так и не сказал Фериус о приказе вдовствующей княгини, но чувство вины слабело по мере того, как росло мое раздражение.
— Знаешь, ты не права, — сказал я ей.
— Я то и дело в чем-то не права. В чем на этот раз?
— Некхек. Он гораздо опаснее, чем…
— Гигантский белкокот, малыш. Ваш «посланник тьмы» — это всего лишь здоровенная белка-летяга с кошачей мордой. Могли бы уж выяснить побольше о звере, которого собираетесь убить.
— Как ни назови. Я видел в книгах самых разных животных, и это совсем не похоже на белкокота. Вдобавок в этой части континента белки вообще не водятся.
— Как и вы.
— В каком смысле?
Кончиком пальца она коснулась моего лба.
— Посмотри, какая у тебя светлая кожа. Ты понимаешь, что подобный тип внешности — это ненормально для здешнего климата?
Я огляделся по сторонам, увидел пару, идущую по улице, и указал на них.
— Есть много джен-теп со смуглой кожей. И есть джен-теп с разным разрезом и цветом глаз.
— Именно. Вы, джен-теп — не единый народ. Просто сборище разных семей. Магов, которые пришли со всех континентов, чтобы сражаться за Оазисы. Иногда вы устраивали с ними войны, а иной раз — просто поглощали другие племена, которые явились сюда за тем же самым. Могу поспорить, ни в ком из вас нет и капли крови народа, жившего здесь изначально.
— И что?
— А то. Может, и белкокоты появились здесь по той же причине. Может, им просто нравится магия?
Я чувствовал, что Фериус лишает меня аргументов, но не готов был сдаться.
— Мой народ должен жить здесь. Нам нужен Оазис. Он дает силу и позволяет побеждать врагов. Всех, кто хочет уничтожить или поработить нас.
Фериус фыркнула.
— Порабощает? Это сильно сказано.
— О чем ты? И вообще: почему мы не имеем права защищаться от некхеков?
Фериус остановилась и ладонью закрыла мне глаза.
— Эй!
— Не пищи. Просто вообрази тех животных, которых ты видел в своих книжках. Можешь?
Представлять те или иные картины, рисовать их перед мысленным взором с идеальной четкостью — этому магов учат на первых же уроках.
— Разумеется, могу.
— Хорошо. А теперь снова подумай о звере в Оазисе.
— Подумал.
Фериус легонько шлепнула меня по затылку.
— Не о монстре из ваших легенд. Не о том, что все велят тебе видеть. Я хочу, чтобы ты вспомнил настоящее животное, запертое в той клетке.
Трудно сравнивать рисунок, сделанный пером и чернилами, с реальным существом, которое ты видел собственными глазами. Однако я сделал все возможное, чтобы представить их стоящими бок о бок.
— Допустим…
— Ну и? По-прежнему будешь уверять, что эти два существа не имеют между собой ничего общего?
— Я…
Говоря откровенно, я не готов был это утверждать. Два зверя выглядели не идентично, но, возможно, дело в том, что животные в книге всегда казались мне… ну, чем-то далеким и не имеющим ко мне отношения. А некхека я видел вблизи. И еще — я видел, на что он способен. Чувствовал его ярость.
— И все-таки я думаю, что они разные.
Фериус убрала руку от моего лица и снова зашагала по аллее.
— Ну конечно же! Тварь, которую вы поймали, — это ведь ужасный некхек! Демоническая тварь, убийца магов! А еще — грозный пожиратель мусора и собиратель орехов.
— Ты не права. Может, он и выглядит как… — Я запнулся. Я чувствовал себя глупо, просто пытаясь произнести название этого существа. — Слушай, я видел, на что он способен. Погоди, скоро маги используют этого некхека, чтобы привлечь сюда других. Сама увидишь, на что похожа их стая. Тогда, может быть, ты поймешь.
Фериус остановилась.
— А что ты собираешься делать? Стоять и смотреть, как они пытают животное?
Меня удивили резкие нотки в ее голосе. Я глянул в лицо Фериус и не увидел ни тени иронии или насмешки. Никаких шуток на этот раз. Ее взгляд был серьезным.