Я зажмурился и зажал ладонями уши, пытаясь отрешиться от происходящего и подумать головой.
Порошки… Первая попытка была бесплодной — разве что огня стало больше. Вторая попытка ничем не поможет, а только усугубит ситуацию. Но в порошках крылось спасение. Мне просто нужно было сделать направленный взрыв.
Ах, если бы только ожила моя татуировка магии огня!..
Хотя, если вдуматься, заклятие тут и не требуется. Обычный огонь сработает ничуть не хуже.
Я убрал руки от ушей и еще раз посмотрел на порошки. Мастер Осья-фест говорил в Оазисе, что известное мне заклятия дыхания не создает ветер. Оно его призывает. И если все, что я могу, — призвать ветер, ну, давайте же этим воспользуемся! Ничего другого-то все равно нет.
— Рейчис, я…
— Берегись! — заорал он.
Я обернулся — как раз вовремя, чтобы увидеть над своей головой огромные копыта. Лошадь встала на дыбы. Ее рот был в пене, а шкура дымилась, и лошадь совершенно обезумела. Я отпрыгнул — как раз вовремя: копыта обрушились на грязный пол — в том месте, где я только что стоял. Мешочек с красным порошком упал и его содержимое оказалось в опасной близости к черному. Я попытался подобрать его, но лошадь снова поднялась на дыбы, и снова грохнула копытами по полу. На этот раз мешочек с черным порошком опасно накренился. Если черный порошок тоже рассыплется…
— Она боится огня, — сказал Рейчис. Можно подумать, я и без него не знаю!
Я протянул руку, пытаясь успокоить лошадь, но она оскалила зубы.
— Проклятие! Ты же угробишь всех нас, глупая животина! Рейчис, порошок!
— Уже бегу! — просвистел он.
Обернувшись, я увидел, как он несется ко мне из противоположного угла конюшни. Сперва я подумал, что он хочет подбежать к мешочку с черным порошком и убрать его подальше. Но вместо этого Рейчис вспрыгнул на полку, где лежали седла и уздечки. Оттолкнувшись от нее, он прыгнул в воздух, расправляя перепонки, и спланировал на шею лошади. Та снова встала на дыбы, пытаясь скинуть его, но Рейчис крепко вцепился в ее гриву и залез лошади на голову. Я в изумлении наблюдал, как он, по-прежнему держась за гриву одной лапой, второй ухватил лошадь за ухо. Я решил, что он укусит ее, но Рейчис что-то яростно засвистел. Лошадь встала на дыбы еще раз, снова грохнув копытами по полу, а потом остановилась.
— У нее шкура тлеет, Келлен, — сказал Рейчис, сидя на голове лошади.
Я схватил попону и накрыл ею спину животного. Она покорно позволила мне это, не двинувшись с места.
— Что ты сделал? — спросил я, глядя в глаза животного. Они по-прежнему были наполнены страхом.
— Огонь пугает лошадей, — сказал Рейчис. — Они начинают беситься.
— Я в курсе. Так как же…
— Есть пара вещей, которые пугают их еще больше, — отозвался Рейчис. — Я рассказал, что я с ней сделаю еще до того, как мы сгорим заживо.
Предки! Защитите меня от моего нового делового партнера!
— Ладно. Оставайся там.
— А ты что делаешь?
То, что, возможно, оторвет мне руки перед тем, как я сгорю… Я опустился на колени и аккуратно собрал с пола немного красного порошка. Другой рукой я взял столько же черного.
Я стряхнул лишний порошок, так что в каждой руке осталось лишь по щепотке, зажатой между большим и указательным пальцами. Возможно, этого не хватит ни для чего, кроме как взорвать мои пальцы, но если мне удастся сделать это, не угробив себя, тогда я попробую еще раз — с большим количеством. «Надеюсь, вы знали, о чем говорите, мастер Осья-фест…» — подумал я, кашляя от дыма. Возможно, это мой единственный шанс. Мне нужно хорошенько прицелится туда, где дверь соприкасается со стеной. Может, если я попаду куда нужно, этого хватит, чтобы дверь деформировалась. Конечно, я понимал, что Pa-мет и его маги могут ждать нас снаружи. Ну и ладно. Пусть белкокот с ними разбирается.
У меня была одна попытка. Одно заклинание, которое я умел творить, — магия дыхания. Единственная татуировка, которую не успел уничтожить отец…
Если я провалюсь и на этот раз…
— Келлен, если ты так и собираешься стоять столбом…
Я выдохнул и произнес короткую молитву предкам. «Если мне суждено погибнуть и реинкарнировать, пожалуйста, только не в виде сумасшедшего белкокота!» Я кинул порошки в воздух и сложил пальцы в магический жест: указательный палец и мизинец прижаты к ладони — знак направления; безымянный и средний вытянуты — знак полета. Большие пальцы обеих рук направлены вверх. Знак… ну… того, что я прошу кого-нибудь там, наверху, помочь мне, пожалуйста-пожалуйста!