Творение Мастеров (СИ)

- Ты... ты ведь не собиралась ее убивать? - растерянно спросила она.

- Какая разница, что я собиралась сделать? - выплюнула девочка-кукла, продолжая баюкать изувеченную руку. - Она говорит правду... Проклятую правду, которая, как ни крути, приносит нам один сплошной вред! Мария, убирайся отсюда. Сейчас же, и как можно дальше, как можно дальше от Хэйла. Иначе, клянусь, я найду тебя и все-таки заберу с собой или все-таки сломаю! А они, - она поочередно ткнула неповрежденной рукой в сторону Даймона, Авенира и Фебы. - Если они решатся тебя защищать, очень об этом пожалеют... если выживут!

- Кто тебя шантажирует?! И чем? Клариче, ты же можешь уйти со мной!

Клариче надрывно рассмеялась.

- Нет, не могу, сестренка. Иначе отца убьют, а я навсегда потеряю шанс стать нормальной. Так что... забудь про нас. И убегай. Пока ты в бегах, мы будем живы, - с этими словами она круто развернулась, одной рукой подбирая юбку, и бросилась бежать.

- Клариче! - Мария рванулась за ней, но Феба не пустила.

- Успокойся уже, дурочка, - велела она. - У нее ноги длиннее. Лучше скажи, это чудовище - правда твоя сестра?..

- Да, - отчеканила Мария и все-таки вырвалась из рук лорелеи.

- Но ведь она... кукла!

- Нет. Она не кукла, она живое существо, из плоти и крови! У нас один отец...

- Ты имеешь в виду, что он и тебя создал? - Феба с таким ужасом уставилась на нее, что Мария едва не спряталась за Даймона. Он хотел встрять в разговор, но вместо этого успокаивающе взял Марию за руку. - Так ты тоже кукла?!

Марии захотелось взвыть.

- Он наш отец!

- Ну да. Он тебя... вас создал. Он же Кукольник, я правильно поняла?

- Нет, ты не понимаешь, - у Марии запылали уши. - Вот скажи, у тебя есть дети?

- Пока нет, - машинально ответила лорелея. Ее волосы окончательно развалились по плечам не мокнущей беспорядочной массой.

Авенир фыркнул, уловив, к чему идет дело. Мария залилась краской уже по самые корни волос.

- Я не кукла, я родилась, точно так же, как и Клариче. Нас родила живая женщина, наша мама. Нас не создали, сделали. О Боже, что я несу...

Лицо лорелеи некоторое время хранило озадаченное выражение, но потом запоздало покраснело.

- Плевок Ина и Ди, как такое возможно?!

Клариче наблюдала за ними, пока они, о чем-то потолковав, не скрылись в переулке. И только потом поняла, что опять до крови прикусила нижнюю губу. Но все-таки улыбнулась. От вспышки злости не осталось и следа.

Она нашла друзей, нашла опору, нашла... может быть, себя. Я безбожница, но все-таки, боги, прошу: пусть раз в жизни она меня послушается.

Девочка-кукла решительно тряхнула головой, подобрала целой рукой складчатую юбку и направилась в кафе, столкнувшись в дверях с испуганным официантом, и, не растерявшись, ловко поймала его за рукав, поморщившись в боли в измятом запястье.

- Еще раз прошу прощения, господа, - начала она, втаскивая бедолагу в зал. - Я тут шляпку оставила...

Они уставились на нее как на чудовище. Вполне предсказуемо. И вслух бы это сказали, но слишком испугались.

Та рыжая тоже так меня назвала. Рыжая... а ведь тот инквизитор утверждал, что его вырубило рыжее привидение. Она или не она?

- Вы уже послали за полицией или инквизиторами? - поинтересовалась Клариче, пообещав себе подумать над этим позже. - Нет? Тем лучше. Слушайте меня: здесь ничего не произошло. Я и я одна виновата. Я напала на светловолосую девушку и пыталась увести ее с собой. Больше здесь никого не было. Ясно?! - она со всей силы ударила левой рукой по ближайшему столу. Столешница с треском проломилась. - Ни того парня, ни рыжей дылды, никого и ничего! А если скажете... - она кивнула на столешницу и злобно ухмыльнулась. - У них нет на меня управы. А теперь можете кого-нибудь звать. Я сдаюсь. И, если не возражаете, посижу здесь, вот на этом стуле. Не бойтесь, не трону, если не сболтнете лишнего.

Лабо потом орал, брызгал слюной и кругами бегал вокруг нее по кабинету. Отец только укоризненно смотрел. Цузайн отсутствовал, но даже если бы он и был, впервые за эти несколько дней Клариче была по уши довольна, несмотря на поврежденную руку и проваленное задание. Единственное, что портило удовольствие - обида на отца.

Ты говорил, что нам нужна свободная жизнь, а сам пытаешься загнать единственную свободную птицу в клетку.

Удовольствие было окончательно испорчено буквально через пару часов, когда Лабо, изучив материалы осмотра места происшествия, обнаружил зацепку - разбитое окно и стреляную гильзу под столиком, и допросил всех посетителей кафе, присутствовавших при этом "неприятном инциденте". И кто-то все-таки сболтнул про рыжеволосую женщину...

- Опять рыжая... - задумчиво протянул Лабо, вернувшись в кабинет, и уставился на Клариче. - Один раз - может быть, второй раз - простое совпадение? Что думаешь?

- Все может быть.

- А ты ничего не хочешь рассказать? - он выразительно покосился на ее поврежденную руку.

- Ничего, - отрезала она.

А вот вы ничего не желаете пояснить?

Как ни хотелось Клариче озвучить этот вопрос, она сдержалась, применив испытанное средство - поджав губы.

- И твой отец, я так понимаю, тоже?

Клариче сдвинула брови:

- Я не решаю за него, спрашивайте сами.

Лабо выдохнул сквозь зубы и уселся за стол.

- Можешь идти, - буркнул он, выдвигая ящик и доставая так и не дочитанное утром письмо. - И передай отцу, чтобы зашел ко мне.

- Я вам не почтальон, - ядовито парировала девочка-кукла и выскочила из кабинета.

За два часа она из праздного любопытства успела изучить чужое письмо. Она догадывалась, что, дочитав, Лабо наверняка его сожжет... но то, что она узнала, теперь было при ней. Она узнала, зачем ему понадобилось ее показывать на приеме как образец.

Клариче сжала кулак и про себя пообещала, если не сбежать, так напакостить.

Ей неоткуда было знать, что далеко ее старшая сестра не ушла.

Глава 5.

Слышишь голос? В темноте легче откровения (Трубы)

Авенир и Феба взъелись друг на друга за первым же поворотом. Если бы не усилившийся дождь, они бы так и остановились посреди улицы, выясняя, кто из них опаснее для Даймона и Марии. Выяснять то же самое на ходу было не так упоительно, потому что эти двое буквально упивались своей взаимной неприязнью, будучи совсем не знакомыми, но дождь их подгонял. Мария тоже ускорила шаг, продолжая машинально сжимать ладонь Даймона, и слепец подчинился новому темпу.

Яростно спорящие голоса Авена и Фебы заглушили подбирающуюся к ним угрозу. Даймон и то почувствовал только после того, как Мария вскрикнула, захлебнулась собственным голосом и чем-то еще и безвольно обмякла.

Сползая, соскальзывая, утекая. Будто... разжижилась?..

Даймон с силой сжал ее пальцы, рывком дернул вверх, пытаясь помочь восстановить равновесие, но не получилось. Мария словно превращалась в воду, словно сливалась с дождем - ощущения и мысли превратились в бессвязные кляксы, и одураченное разумом тело тряпкой повисло в его руках.

- Рыжая тварь!.. - заново взвился Авен и тут же точно так же поперхнулся, спустя мгновение размывшись.

Ощущения Фебы укололи испуганным узнаванием и внезапно исчезли, как обрезанные ниточки.

Тоже?..

Даймон ощутил, как его хватают за плечи и подталкивают чужие скользкие руки.

Вода и змеиный яд. Ry ufliese .

Он им покорился, однако отобрать у себя Марию не дал. В конце концов, их так и запихнули в экипаж - всех вповалку.