- Вот ты где оказ-залс-с-ся, поганец, - Дормиентес неторопливо выудила из рукавов ножи. - Не бес-с-спокойтес-сь, кирия Мария.
Мария, к собственному удивлению, не беспокоилась. Видимо, весь страх ушел на обыск дома, так что сейчас она подумывала, как половчее лягнуть поганца. Мешала только вилка, упирающаяся зубцами в кожу. Еретик же пятился, обходя стол, и тащил девушку следом.
- Сукин сын, - выдохнул Авенир. Длины кочерги, к сожалению, не хватало, чтобы с порога кухни огреть еретика по голове.
Улучив момент при обходе стола, Мария специально зацепилась ногой за ножку и рванулась вперед, чудом не напоровшись на вилку - еретик, потеряв равновесие, инстинктивно взмахнул свободной рукой в попытке его восстановить, потерпел поражение и начал падать. Практически освобожденная Мария дернулась вперед, но еретик вцепился ей в рукав и потянул за собой... ровно через секунду со стоном боли разжав пальцы: нож Дормиентес с хирургической точностью проскользнул мимо девушки и глубоко полоснул его по запястью. Авенир тут же прыгнул вперед, отпихнул Марию и оглушил еретика кочергой.
- Молодец, кукла, - он одобрительно хлопнул ее по плечу и склонился над оглушенным. - Чтоб его разорвало, как он сюда так тихо пробрался?
- У нас-с з-за с-с-спиной. Куда удивительнее - больно ему было, а крови нет, - заметила Дормиентес, проходя вперед и подбирая нож.
- Наверное, это тот, которого отец оглушил, - пробормотала Мария, вглядываясь в грубое, будто вылепленное неумелым скульптором, лицо еретика. - Но зачем ему было оставаться в брошенном доме столько времени?
- Скорее всего, скрывался от инквизиторов.
- И ничего не ел? Ведь все продукты остались нетронутыми...
- Это же тоже кукла, - сказала Дормиентес.
- И что? Куклам, созданным с помощью магии, тоже требуются силы, - заспорила Мария. - Моя сестра ведь тоже отчасти кукла, но аппетит у нее очень даже здоровый.
- Этот, видимо, совсем искусственный, - Авенир почесал в разлохмаченном затылке. - Кукла, есть веревка? Надо бы его связать, пока он не очухался.
- В кладовке. Сейчас принесу.
Но когда она открыла дверь кладовки, навстречу ей шагнул еретик. Тот самый, со сломанной шеей - из-за этого его голова неестественно склонилась к правому плечу. Глаза дергались в глазницах, словно пытались выкатиться из черепа. Мария попятилась.
- Guaset, - прошипела дисса на Ине-Ди и добавила что-то из своего родного языка - на слух это был сплошной пронзительный свист. Еретик всем телом повернулся к ней.
- А т-ты ещ...щ к-кто-о? - невнятно пробулькал он, тряся головой.
- Оно раз-зговаривает?..
- Н...не ты нужна-а, - сделал неожиданный вывод искусственный человек и повернулся обратно к Марии. - Она. Он п-перед-дал... Теб-бе нужно и-идти... назад. Домой. Где сейчас он. Тот, кто... сдела-ал. Сделал м-м-мня. И теб-бя то-оже.
Каждое слово давалось ему с трудом. Голос то и дело срывался на ужасный агонизирующий хрип.
- Что он несет? - Авенир покрепче перехватил верную кочергу.
- Это отец тебе велел меня дождаться? - озвучила догадку Мария.
Еретик сделал скособоченной головой движение, отдаленно похожее на кивок.
- Иди туд-да, где сейчас он, он теб-бя ждет, - просипел он.
- Ты имеешь в виду контору?
Он так часто закивал, что чуть не рухнул на пол.
Вот почему... вот почему район до сих пор пустует. Они ждали, когда я вернусь домой. Они догадывались. Или знали наверняка?
- Он э-это предполагал, - еретик скривил губы в подобии улыбки. - И велел сд-делать так...
Он схватил ее за руку и поволок к выходу.
- Эй, пусти! - Мария уперлась каблуками в пол. Последовавший рывок чуть не опрокинул ее. Дормиентес метнула нож, по самую рукоять ушедший в скривленную шею, но еретик только головой дернул.
- Ах ты ж тварь! - Авенир прыгнул на него, опрокидывая на пол, вместе с ними упала и Мария. Два тела придавили ей ноги. Авенир, услышав ее стон, сгреб еретика в охапку и вместе с ним перекатился, оказавшись снизу. Еретик, дрыгнувшись, опрокинул на себя маленький столик. Цветочный горшок, стоявший на нем, раскололся о его голову, осыпав комьями сухой земли и Авенира.
Дормиентес метнулась мимо них и наклонилась к Марии, но почти сразу с болезненным шипением запрокинула голову - второй еретик, придя в себя, подкрался к ней со спины и вцепился в волосы на затылке. Дисса ловким движением вонзила в него нож (откуда она его вытащила, осталось загадкой), двинула локтем назад и попятилась, спиной оттесняя противника к стене.
- Отстаньте от них, вам нужна я!
- Уймись, кукла! - натужно выдавил Авенир, спихнул с себя стонущего еретика, проворно вскочил, подхватил уроненную кочергу и врезал ему по голове, вырубив окончательно. - Лучше помоги...
Он опоздал с указанием: Дормиентес почти одновременно с ним ловко опрокинула своего противника броском через бедро и, стремительно бросившись вперед, широким взмахом рассекла ему горло. Мария едва успела отскочить, чтоб не попасть под горячую (вернее, размашистую) руку.
- Вот и вс-с-се, - тяжело выдохнув, подытожила Дормиентес, глядя на Марию. У ног диссы агонизирующе подергивалось искусственное тело. - Но это ненадолго. Их ничто не с-с-сдержит. Видиш-шь, дергаетс-с-ся? Живой человек на его мес-сте был бы уже мертв...
- Нельзя убить то, что и не живое вовсе.
Мария обернулась - порог переступила женщина в темно-синей мареайской одежде, с темным платком на голове, из-под которого струились темно-каштановые пряди. Она выглядела вполне обычно - если не считать поясной кобуры с пистолетом, возле которой болтался крошечный, почти незаметный мешочек.
- Здравствуй, Мария, - сказала Персефона, отбрасывая платок с лица. - А, вот и Авенир. Двое уже нашлись, Лето обрадуется. Благородная кирия, - она кивком поприветствовала диссу. Та кивнула в ответ. Авенир расплылся в довольной ухмылке.
- Здравствуйте... - пролепетала Мария. - Но как вы здесь оказались?!
- Очень просто - ногами, - женщина легонько улыбнулась, но тут же помрачнела. - Мы обнаружили вашу пропажу и отправились к монне Таяне. Она сообщила, что вы ночевали у нее, но, как утром ушли, так и не вернулись. Мы просидели у нее до ночи, потом Лето была вынуждена уехать домой, а я осталась ждать. И несколько часов назад к монне Таяне постучалась насквозь промокшая рыжеволосая лорелея. Она рассказала мне о случившемся. На ее счастье, монна Таяна ее узнала.
- Значит, Феба смогла сбежать! Она была одна?
- К сожалению, да. Мой сын остался там, в этой клоаке. Как и ваш брат, кирия Дормиентес.
Дисса сжала челюсти.
- Мраз-зи, - прозвенела она. - Они ещ-ще з-з-заплятат з-за это!
- Боюсь, что расплата наступит позже, кирия Дормиентес. Та-ак... - Персефона вытащила из кармана часы и откинула крышку. - Комендантский час закончится через восемнадцать минут. У вас ровно столько времени, чтобы собраться. А потом я выведу вас отсюда.
- По трубам? - удивилась Мария.
- Зачем? Я же пришла сюда по улице, - легко отозвалась женщина. - Вот и уйду так же, уже с вами. Не беспокойтесь, я сумею отвлечь инквизиторов. А там встретимся с Лето. Ей нужно срочно с тобой поговорить, Мария.
Рано утром в день похорон Эржебет, надев наглухо закрытое черное платье и нацепив положенную и тем ненавистную вуаль, все-таки открыла шкатулку с письменным прибором и написала несколько писем. В окно кабинета - теперь ее кабинета - заглядывало розоватое утреннее солнце, словно в издевку над мрачной торжественностью события. Ровные буквы безукоризненно ложились на бумагу.
У нее уже не тряслись руки. А вот пару дней назад она еле-еле могла удержать ложку, чтобы не расплескать суп.