Сверх того каждый хозяин имел особую бараборку (слово на местном наречии) для поклажи промысловых орудий и проч., в которых они обыкновенно жили в летнее время со своими семьями (в общественной же юрте жили только зимою).
Закладки больших юрт (слово на местном наречии) и переселение в них всегда сопровождались праздниками. Когда приготовят яму для будущей их юрты, тоэн, или старший в роде, делал пир на том самом месте, где будет их юрта, для всех тех, кто будет жить тут, и тогда же назначал для всякого место, где он должен будет поместиться, по старшинству их. Потом принимались за постройку, каждый хозяин отделывая свое отделение. По окончании всей постройки, не вдруг все хозяева перебирались на новоселье, но поодиночке и по старшинству, начиная с тоэна, потому что всякий, перешедший на новоселье, должен был делать праздник (слово на местном наречии) и угощать всех жителей того селения, и потому новоселье их праздновалось очень долго. Наконец, когда все переберутся на новоселье, делается общий праздник, на который приглашались жители и соседственных селений, и где происходили пляски и представления (слово на местном наречии), описанные выше. Этот общий праздник повторялся каждый год, при переходе из маленьких частных барабор в общественную.
В прежнее время, почти во всяком селении были крепости, называемые атта́гин, для защиты от нападающего неприятеля, которые строились всегда на возвышенных местах; и были ни что иное, как обширная яма, кругом обнесенная досками, вышиною не более человеческого роста.
И также бывали подземные потаенные убежища, где они, во время нашествия неприятелей, скрывали свои семейства.
Вышеописанное мною расположение юрт продолжалось до 1805 года, т. е. до прибытия г. Резанова, с тою только разницею, что с уменьшением народонаселения уменьшались и самые юрты, так что г. Сарычев, в бытность свою здесь, видел юрты уже не более 10 сажен.
Г. Резанов нашел, что для здоровья людей гораздо полезнее, вместо больших и слишком врытых в землю юрт, — строить отдельные небольшие и сколько можно более на поверхности земли; и потому приказал строить юрты так, как он находил удобнее. И с того времени постройка алеутских юрт решительно изменилась.
Основание, план и образ постройки юрт нынешних то же, что и прежде, только с тою разницею, что в землю врывают не более аршина и вместо люков для входа и света наверху, — ныне делаются в передней стене окошко, и в противной стороне двери почти всегда узкие и низкие, в который без привычки едва можно пролезть; у некоторых бывают еще маленькие окошечки и по сторонам юрты. Впереди над окошком, или на передней стене, всегда находится обыкновенно св. образ, один или более; под окошком приделывается доска, служащая вместо стола, или становится ящик с имуществом. В некоторых селениях, вместо окошек, в передней стене делают наверху светлый люк, (и мне кажется это гораздо лучше); и тогда у передней стены, под образами, непременно приделывается лавка или скамья.
У весьма многих все внутренние брусья тесаны и выструганы, и стены обставлены досками, и у некоторых даже самый потолок обит досками. Перед входом юрты всегда приделываются сени также с дверями, которые служат вместе и переднею, и кладовою, и поварнею.
Внутри юрты, по обе стороны, делаются уруны или кровати, т. е. от средних столбов до боковой стены настилаются доски, вышиною от земли на пол-аршина, которые им служат и кроватью, и диванами, и стульями. В одной юрте иногда живут и более одной семьи, и тогда уруны делаются сплошные от передней стены до задней. В некоторых селениях, как то: на Унге, в Тигалде и на островах Прибылова есть казармы, т. е. большие юрты, весьма похожие на прежние, т. е. большие торты, с люками наверху, с окошками впереди и с дверями на задней стене, в которых живут по нескольку семей, также располагаясь по сторонам на урунах. Печек в юртах совершенно нет ни у кого, кроме главного тоэна, и пол в юртах находится также у весьма немногих. Для окошек, вместо стекол, употребляют обыкновенно сивучьи или китовые кишки; а у многих и самые двери делаются из лафтаков.
Во многих селениях у жителей имеются отдельные юрты, или бараборы, для поклажи разных вещей, и всегда без замков и затворов, и даже иногда и без дверей.
Во всяком селении непременно есть баня, а в некоторых даже три.
На постройку юрт и других строений употребляется лес вообще выкидной, только на Аляксе и на Унге на трещины употребляется ольховник.
Некоторые из стариков алеутов думают, что нынешние юрты, т. е. без люков наверху вреднее для здоровья, чем прежние; потому что при низких дверях и маленьких окошках воздух в юртах всегда сперт и не может быть чист, особенно при прежнем образе жизни. И даже думают, что это отчасти препятствует плодородию алеутов.