При предложении о дозволении дано подробное наставление, как строить часовни, и приложен примерный план и фасад.
Дано предложение Духовному Правлению объявить мою признательность благочинному за его внимание и благоразумную деятельность и всем священникам (кроме отрешенного Сновидова) за их послушание и доброе управление паствами при добром и честном их поведении.
4. Путешествие по Охотской области (С 9 февраля по 4 апреля, всего 54 дня)
Путь от Олюторских селений до Гижиги лежит совершенно по пустым, необитаемым местам; на пространстве более 600 верст находятся только два селения Коряк еще необращенных и даже не совсем повинующихся гражданской власти, и кое-где бродят кочующие Коряки. И от Гижиги до Охотска очень немного селений, на пространстве 1500 верст только 9 селений, и в расстоянии от 40 до 350 верст.
Из Олюторска отправились мы 9 числа февраля и того же дня вечером приехали к юрте кочующих Коряк, хозяева которой приняли нас радушно, младший выехал ко мне навстречу за несколько верст, а другой, Онлох, жалованный саблей, дряхлый старик принял меня усердно; и всех, кто быль со мной (и приехал по спопутью), накормил их и собак и наделил на дорогу, и за все это отнюдь не требовал платы и едва взял следующее ему за прогоны. Гостеприимство у них есть первая добродетель.
Со стариком говорил я о необходимости креститься, он отвечал мне то же, что и Олюторский тоэн, т. е. что Бог не дает ему желание креститься, и что он хочет умереть в вере отцов своих, а желающим креститься он препятствовать не будет.
Я полагал встретить здесь недостаток в подводах, но нашел втрое более, чем мне нужно.
От юрты Коряка Онлоха отправились мы 10 числа, и 14 прибыли в первое селение сидячих Коряк-Каменцев, подведомственных Гижигинскому уезду. Здесь ехали уже не на собаках, но на оленях, которых под повозку подпрягали по два, а иногда по три. Все четыре ночи проведены в совершенно пустых местах.
В селении Каменцев буря и пурга заставили нас прожить до 19 числа. Каменцы так же, как и Олюторцы, живут не в домах, но в юртах, в коих вместо окон, дверей и дымной трубы находится одно отверстие вверху; к нему отвесно становится доска с выделанными на ней дырами, служащими вместо ступеней; по ней входят и выходят из юрты. Обыкновенных боковых дверей Каменцы, по своему суеверию, никак не хотят сделать. Под самой лестницей, вышиной от 2 до 21/2 сажень, обыкновенно раскладывается огонь для варения пищи. Как ни трудно было лазить по сей лестнице узкой и грязной, а иногда и сквозь дым; но погода заставила и меня жить в юрте, вместе с Коряками.
Жителей в сем селении более 250 душ, и они известны всем как немирные, беспокойные и наглые (они хотели убить даже г. Рикорда); но я ничего не могу сказать об них худого. Во все время пятидневного нашего у них пребывания, никто из нас ни от кого не видел никакой обиды, ни оскорбления, напротив того они так показали себя честными, что из повозок наших, стоявших на улице без всякого караула, не потерялось ничего; они не тронули даже водку, которую многие из них видели и нюхали; одну вещь, забытую нами у них при отъезде, они возвратили нам. Кроме того, ожидали, встретили и проводили меня с полным вниманием и радушием. Когда я при расставании с ними сталь говорить их старшине, что я слышал об них, что они люди худые, а вот я нашел в них людей добрых, честных и гостеприимных, то он сказал мне: «мы добры, кто к нам добр и справедлив».
19 утром отправились далее и опять на собаках, как и по Камчатке, и 20-го вечером приехали в другое Корякское селение Паренцов, число коих тоже не менее 250. Жители сего селения так же, как и Каменцы, слывут немирными и наглыми, но для нас были также добры, как и те.
Жители здешние вообще очень хорошие кузнецы и даже слесаря.
В обоих сих селениях, несмотря на частое сообщение их с Гижигой, откуда очень часто приезжают к ним Русские, нет ни одного крещенного; и, по всей вероятности, также, как и в Тигиле, оттого, что жители часто обращаются с Русскими; ибо Русские Гижигинцы и особенно казаки, к несчастью, не только своими делами нисколько не показывают, что они христиане, но напротив того позволяют себе и то, что считается преступлением у самих дикарей. Наглость их наконец до того доходила, что многие бродячие Коряки оставили Гижигинский уезд и перешли в Камчатскую область. Впрочем, нынешний исправник действует очень хорошо.