Апреля 4 дня в неделю Ваий отправлял литургию в Охотской церкви с приложением благодарственного моления Господу Богу, хранившему нас в путях наших и благоволившему нам достигнуть опять Охотска. Вместо поучения приветствовал народ, в коем, между прочим, объяснял силу и значение приветствия пастырей церкви, и кто может получать пользу от оных.
Охотская церковь, 15-я
Церковь деревянная с колокольней построена в 1829 г. тщанием прихожан и в особенности бывшего Начальника Охотского Порта г. Валронта; крыша деревянная и исправляется вновь; здание прочно красиво. Престолов в ней три: главный в холодной церкви в память Преображения господня и два в теплой, один в память Покрова Пресвятой Богородицы, а другой во имя Святителя Николая и Иннокентия. Иконостасы во всех приделах довольно хорошие; много образов в серебряных ризах. Утварью и ризницей очень достаточна.
Причта положено по штату: протоиерей, два священника, диакон и четыре причетника, и все, кроме одного священника на лицо.
На содержание причта получается от казны 1272 р. 851/2 к. на жалование и на хлеб и сверх того столовых священнослужителям 942 р. 85 1/2 к., а всего 2215 р. 71 к. серебром. Содержание их посредственно.
Для причта имеются два церковных домика, в коих помещаются три семьи, а прочие живут в своих домах.
Охотский приход по числу людей есть самый обширнейший из всех Камчатских и Охотских церквей; в нем считается 2490 душ обоего пола. В сем числе состоит 907 служащих, чиновников и граждан, живущих в городе Охотске, 1192 души Тунгусов, 260 Якутов, а прочие поселяне и крестьяне.
Прихожан Охотской церкви так же, как и Гижигинских, можно разделить на два главных разряда, один от другого резко отличающиеся и еще третий, составляющий средину их. К первому разряду надобно отнести собственно Русских, ко второму Тунгусов, к третьему Якутов.
Русские почти до одного не суть уроженцы здешние, но зашедшие сюда из разных мест России, люди разных сословий, разного образования и проч. Если судить о них строго, то очень-очень немного найдется таких, которые бы стоили имени христианина. Очень многие из них, и особенно молодых людей, приехавши сюда, считают себя как-бы в праве, взамен лишения родины своей, дать полную волю страстям и прихотям своим; многие приехав сюда на время, почитают себя как-бы совсем уволенными от обязанностей церкви и от подчиненности здешним священникам, которые, по их мнению, суть не более, как исполнители мирских треб. Служащие, т. е. матросы и проч., по большей части народ грубый, закоснелый в худых привычках и склонностях и о религии христианской почти не имеющих никаких понятий, кроме полученных ими в детстве общих всем простым и не учащимся людям; а чтобы учить их и назидать, не представляется почти никакой возможности, ибо они волей и неволей, будучи в беспрерывных занятиях по службе и по хозяйству, едва находят время быть в церкви в самые большие праздники и, не имея привычки слушать проповеди, они стоят в церкви без всякого внимания к тому, что поется, читается или говорится. И потому к действованию на душу их со стороны священников остается один только случай — исповедь, но и к исповеди они ходят обыкновенно по наряду и в большом количестве, следовательно, и здесь нет возможности заняться с каждым из них по надлежащему.