Доходы здешней церкви при усердии Тунгусов довольно значительны, так что со временем за всеми расходами на приличное благолепное украшение церкви, будет оставаться значительным остаток. Предполагается: от здешней церкви, а равно и от Ямской, отбирать часть свечных или кошельковых доходов на содержание Анадырской миссии, потому что Гижигинская церковь, от которой пользовалась миссия свечами и другими припасами, весьма скудна доходами, как сказано выше.
Строившие здешнюю Тауйскую церковь, так же, как и Ямскую, получали плату по 40 коп. ассигнациями в день, а всего им выдано до 650 рублей ассигнациями.
7 числа марта утром выехали из Тауйска, и 12 приехали в Охотск, где я прямо прошел в церковь и приветствовал собравшийся народ.
На пути из Тауйска в Охотск я подвергся поветрию, бывшему в Охотске с осени, и хворал до 20 числа; с 20 числа, т. е. с великого четверга и до понедельника светлого отправлял церковные службы, в четверток, пяток и первый день пасхи говорил приличные поучения.
Почетнейшие из прихожан здешних, по предложению и примеру г. начальника Охотска Вонлярлярского, к приезду моему в Охотск приготовили, выписав из Москвы, полное облачение, употребляемое при совершении литургии, кроме митры, стоящей им, как говорят, более 1200 руб. сереб., и пожертвовали его мне, т. е. Камчатской кафедре, о чем особо донесено Святейшему Синоду.
25 отправлял литургию и говорил прощальное слово, в котором между прочим, от имени моего и преемников моих, изъявил благодарность участвовавшим в пожертвовании Архиерейского облачения.
Дьякон здешний Лавров, будучи слаб здоровьем, не надежен к исправлению дьяконской должности при служениях (будучи совершенно исправен во всем прочем) и потому, сколько для облегчения его, столько и для того, чтобы в случае смерти или тяжкой болезни его, собор здешний не мог оставаться надолго без дьякона (ибо за неимением ныне прямого сообщения Охотска с Ситхой, Охотский собор может остаться без дьякона более двух годов), один из дьячков здешних произведен во дьякона к здешнему собору и оставлен на служение при оном вторым дьяконом на причетнических окладах.
Благочинный здешний в течение 10 лет, за неимением прогонных, ни разу не посещал находящиеся под его ведением церкви (это было одной из первых причин, найденных мной беспорядков в Гижиге и в Ямске); ныне приказано ему непременно зимой будущего 1848 года посетить Тауйскую и Ямскую церкви; а на проезд его употребить из сумм означенных церквей, и что будет следовать на две лошади прогонных; но я надеюсь что новый г. начальник Охотска Вонлярлярский, по своему редкому благорасположению ко мне и вообще к духовенству, даст ему возможность проехать и без платы прогонных.
Собор здешний найден в большем благолепии, чем прежде; сделан новый иконостас в одном из пределов усердием г. Донова и г. Транковского; в другом пределе два местные образа в серебряных золоченных ризах, заведенные на сумму, полученную за образ Божией Матери, перенесенный в Аян, как сказано выше; но ризница не прибавилась.
Выбывшему из Камчатки протоиерею Прокопию Громову мной было поручено, между прочим, обревизовать Охотскую церковь и дела тамошнего благочиния, и им найдены дела церкви не совсем в порядке от перемещения священников; впрочем, метрики, росписи и церковные книги в исправности, а также и по делам благочиния найдены некоторые упущения, касательно ведения журнала входящих бумаг, приведения в порядок архива и тому подобное, но суммы, какие есть по благочинию и церкви, все находятся в целости. Найденные беспорядки отчасти уже исправлены, а прочее приказано привести в должный порядок.
Первое путешествие мое по Камчатке и Охотской области в 1843 году кончилось прибытием моим в Охотск, где я и оставался до прибытия судов из Америки. Но по перенесении Охотской Компанейской фактории к порту Ааян, суда из Америки ходить в Охотск перестали, и потому нынешнее мое путешествие по твердой земле должно было кончиться непременно прибытием в Аян, потому что, хотя по представлению г. начальника Охотского порта, и разрешено ему, в случае надобности давать казенное судно для отвоза меня куда-либо, но давать тогда, когда это позволят обстоятельства, и хотя г. начальник Охотского порта, как я сказал выше, по редкому благорасположению своему ко мне и обещал ныне дать судно для отвоза меня в Аян и даже в самую Ситху; (и конечно отвести меня из Охотска в Аян для казенного судна не сделает большого расчета ни во времени, ни в издержках); но так как из Охотска судно выйти может никак не ранее 25 июня, по причине бывающих здесь льдов, а следует положить, что оно выйдет в море около 10 июля и даже позже, и тогда весьма статочное дело, что по прибытии нашем из Охотска в Аян морем, мы не застанем уже Компанейских судов и в таком случае я должен буду или остаться на год в Аяне, или идти в Америку на казенном судне. Но то и другое сопряжено с большими неудобствами и затруднениями; ибо остаться в Аяне, значит остаться почти без дела и не быть в Ситхе сряду 2 1/2 года, а идти в Америку на казенном судне значит заставить его зимовать в Ситхе, ибо оно возвратиться в Охотск может не ранее первых чисел июля 1848 года и, следовательно, весь экипаж судна во время зимовки, не говоря о могущих встретиться для него в Новоархангельске затруднениях, должен будет оставаться праздным получать от казны полные порционные оклады в точение 14 или 15 месяцев морских, без всякой для казенных портов пользы, что для казны составит несравненно больший расчет, чем мне получить прогонные деньги из Охотска прямо до Новоархангельска, т. е. на 5,666 1/2 верст; и притом наверное Камчатка и Охотск от того должны будут потерпеть некоторые затруднения.