Выбрать главу

Но я прошу вас отметить, насколько смел тот, кто недоволен нерешительностью, которая предпочитает быть осторожным, а не чрезмерно осведомленным в таком глубоком вопросе, как этот: я бы осмелился сказать — таковы его слова — что они могут достичь прощения своих первоначальных грехов, но не для того, чтобы быть допущенными в Царство небесное. Так же, как в случае с разбойником на кресте, который исповедался, но не был крещен, Господь дал ему не Царство небесное, а рай (Лк. 23:43), соответственно, остаются в полной силе слова: «Если человек не родится свыше от воды и Святого Духа»он не войдет в Царство Небесное» (Иоан. 3:5) Это особенно верно, поскольку Господь признает, что в доме Его Отца много обителей (Иоан. 14:2), которыми указаны многие различные заслуги тех, кто в них живет; так что в этих обителях некрещеный приходит к прощению, а крещеный — к награде, которая по благодати была приготовлена для него. Вы видите, как человек отделяет рай и обители дома Отца от Царства небесного, так что даже некрещеные люди могут иметь изобилие в местах вечного счастья! Говоря все это, он также не видит, что он настолько не желает отличать будущую обитель крещеного младенца от Царства небесного, чтобы без страха отделять от нее сам дом Бога, Отца, или несколько его частей. Ибо Господь Иисус не сказал: во всей сотворенной вселенной или в какой-либо части этой Вселенной, но в доме Отца Моего много обителей. Но каким образом некрещеный человек должен жить в доме Бога Отца, когда он не может иметь Бога своим Отцом, если он не родится свыше? Он не должен быть таким неблагодарным к Бог, который сподобился избавить его от секты донатистов или рогатистов, чтобы разделить дом Бога Отца, и поместить за пределы Царства небесного одну его часть, где могут иметь возможность обитать некрещеные. И на каких условиях он сам предполагает, что он должен войти в Царство небесное, когда из этого Царства он исключает дом Самого Царя, в какой бы части его Он ни пожелал обитать? Однако, исходя из случая с разбойником, который, будучи распят рядом с Господом, возложил свою надежду на Господа, Который был распят вместе с ним, и из случая с Динократом, братом святой Перпетуи, он утверждает, что даже некрещеному может быть дано отпущение грехов и обитель с благословенными; как если бы любой, неверие в котором было бы грехом, показал ему, что разбойник и Динократ не были крещены. Однако, что касается этих случаев, я более полно изложил свои взгляды в книге, которую я написал нашему брату Ренату. В этом вы сможете убедиться, если снизойдете до прочтения книги; ибо я уверен, что у нашего брата не хватит духу отказать вам, если вы попросите его одолжить ее.

Глава 15. Виктор решает, что жертва должна быть принесена за тех, кто умирает некрещеным.

И все же он терзается нерешительностью и почти задыхается в ужасных рамках своей теории; ибо, скорее всего, он видит более чувствительным взглядом, чем вы, количество зла, которое он провозглашает, в том смысле, что первородный грех у младенцев стирается без Христова таинства крещения. Действительно, для того, чтобы в какой-то степени и с опозданием найти спасение в церковных таинствах, он говорит: От их имени я совершенно определенно решаю, что происходит со стороны священников» . Что ж, тогда вы можете взять его, если хотите, своим арбитром, если вам недостаточно иметь его в качестве своего наставника. Позвольте ему решить, что вы должны принести в жертву тело Христа даже за тех, кто не был включен во Христа. Это совершенно новая идея, чуждая церковной дисциплине и правилу истины: и все же, когда он осмеливается изложить это в своих книгах, он не говорит скромно: «Я скорее думаю»; он не говорит: «Я полагаю»; он не говорит: «Я придерживаюсь мнения»; он также не говорит: «Я, по крайней мере, предложил бы или упомянул» — но он говорит: «Я выношу это как свое решение»; так что, если мы будем (что может быть вероятно) оскорблены новизной или извращенностью его мнения, мы могли бы быть поражены авторитетом его судебного решения . Это ваша собственная забота, брат мой, как быть способным воспринимать его как своего наставника в этих взглядах. Однако кафолические священники с правильными чувствами (и среди них вы должны занять свое место) никогда не смогли бы промолчать — Боже упаси! — и услышать, как этот человек объявляет свои решения, когда они хотели бы, чтобы он скорее пришел в себя и сожалел как о том, что придерживался таких мнений, так и о том, что зашел так далеко, что записал их, и наказал себя самой здоровой дисциплиной покаяния. Теперь, говорит он; на этом примере Маккавеев, которые пали в битве, я обосновываю необходимость этого. Когда они украдкой предложили некоторые запрещенные жертвы, и после того, как они пали в битве, мы обнаруживаем, говорит он, что к этой исправительной мере сразу же прибегли священники -жертвы были принесены, чтобы освободить их души, которые были связаны виной их запрещенного поведения. Но он говорит все это так, как будто (согласно его прочтению истории) те искупительные жертвы были принесены за необрезанных людей, поскольку он решил, что эти наши жертвы должны быть принесены за некрещеных людей. Ибо обрезание было таинством того периода, которое предвосхитило крещение наших дней.