Выбрать главу

Книга IV

Винцентию Виктору

Глава 1. Личный характер этой книги

Теперь я должен, в продолжении моего трактата, просить вас услышать то, что я хочу сказать вам о себе насколько я могу; или, скорее, насколько мне позволит Тот, в Чьих руках мы сами и наши слова. Потому что вы обвиняли меня в двух случаях, даже заходя так далеко, что упоминали мое имя. В начале вашей книги вы говорили о себе как о человеке, полностью осознающем нехватку у себя навыков и лишенном поддержки в обучении; и, когда вы упомянули меня, одарили меня похвалой как самого ученого и самого искусного. Но все же, все это время, по тем предметам, в которых вы, как вам казалось, были прекрасно знакомы с тем, в чем я либо признаюсь в своем невежестве, либо позволяю себе с неподобающей вольностью обладать некоторыми знаниями, вы — как ни молоды, а также мирянин — не колеблясь осуждали меня, старика и епископа, и человека, которого, по вашему собственному мнению, вы назвали самым ученым и самым искусным. Что касается меня, я ничего не знаю о своей великой учености и умении; более того, я совершенно уверен, что не обладаю такими выдающимися качествами; более того, у меня нет сомнений, что вполне возможно, что даже неумелому и необразованному человеку иногда может выпасть на долю узнать, в чем невежествен ученый и умелый; и в этом я явно хвалю вас, что вы предпочли просто личным отношениям любовь к истине — ибо, если вы не поняли истины, все же, во всяком случае, думали, что это так. Вы, без сомнения, поступили безрассудно, потому что думали, что знаете то, в чем на самом деле были невежественны; и без ограничений, потому что, не смотря на лица, вы решили опубликовать все, что было в вашем уме. Поэтому вы должны понять, насколько большей должна быть наша забота о том, чтобы избавить овец Господних от их заблуждений; поскольку очевидно, что даже овцам неправильно скрывать от пастухов те недостатки, которые они в них обнаружили. О, как вы осудили меня в таких вещах, которые действительно достойны справедливого порицания! Ибо я не должен отрицать, что как в моем поведении, так и в моих писаниях есть много моментов, которые могут быть осуждены здравым судьей без безрассудства. Теперь, если бы вы выбрали что-либо из этого для своего осуждения, я мог бы с помощью этих мест показать вам, как я хотел бы, чтобы вы вели себя в тех деталях, которые вы рассудительно и справедливо осудили; более того, я должен был бы (как старший по отношению к младшему и как имеющий власть по отношению к тому, кто должен повиноваться) возможность показать вам пример исправления, которое должно быть не более скромным с моей стороны, чем полезным для нас обоих. Однако, что касается пунктов, по которым вы фактически осудили меня, они не таковы, которые смирение обязывает меня исправлять, но такие, которые истина заставляет меня частично признавать, а частично защищать.