Выбрать главу
Глава 16. Невежество лучше заблуждения. Предопределение к вечной жизни и к вечной смерти.

Сын мой, не позволяйте старческой робости омрачать вашу юношескую уверенность. Что касается меня, то, действительно, если бы я оказался не в состоянии, согласно учению Божьему или какого-либо духовного наставника, справиться с задачей понимания предмета нашего нынешнего исследования о происхождении душ, я был бы более готов отстаивать праведную волю Бога, чтобы мы оставались в неведении по этому вопросу, как и по многим другим, чем говорить в своей опрометчивости о том, что либо настолько неясно, что я не могу ни довести это до ума других людей, ни понять это сам; либо, конечно, для того, чтобы помочь состоянию еретиков, которые пытаются убедить нас в том, что души младенцев полностью свободны от вины, на том основании, что такая вина отразилась бы только на Боге как на ее Авторе, за то, что Он вынудил невинные души (для помощи которым, как Он знал заранее, не было приготовлено бани возрождения) стать греховными, поместив их в греховную плоть без какого-либо обеспечения той благодати крещения, которая должна была предотвратить для них вечное проклятие. Ибо факт, несомненно, таков, что бесчисленные души младенцев покидают тело до того, как они будут крещены. Не дай Бог, чтобы я предпринял какие-либо тщетные усилия, чтобы смягчить этот суровый факт, и сказал то, что вы сами сказали: что душа заслуживала того, чтобы быть оскверненной плотью и стать грешной, хотя ранее на ней не было греха, по причине которого можно было бы справедливо сказать, что она навлекла на себя эту оставленность. И еще: Что даже без крещения первородные грехи могут быть отпущены. И еще раз: Что даже Царство небесное, наконец, будет даровано тем, кто не был крещен. Теперь, если бы я не боялся произносить эти и подобные ядовитые обвинения против веры — мне, вероятно, не следовало бы бояться выдвигать какую-то определенную теорию по этому вопросу. Насколько же тогда лучше, чтобы я не оспаривал отдельно и не утверждал о душе то, в чем я невежествен; но просто придерживался того, чему, как я вижу, апостол наиболее ясно научил нас: что из-за одного человека все, рожденные от Адама, подвергаются осуждению, если они не родятся свыше во Христе, даже если Он назначил им возрождение, прежде чем они умрут в теле, которых Он предопределил к вечной жизни, как самый милосердный Даритель благодати; в то время как для тех, кого Он предопределил к вечной смерти, Он также является самым праведным исполнителем наказания не только за грехи, которые они добавляют в потворство своей собственной воле, но и из-за их первородного греха, даже если, как в случае с младенцами, они ничего к этому не добавляют. Теперь это мой определенный взгляд на этот вопрос, чтобы тайны Бога могли сохранить свою тайну, не нанося ущерба моей собственной вере.

Глава 17 . Двоякий вопрос, который следует рассмотреть относительно души; является ли она телом? И является ли она духом? Что такое тело.

И теперь, насколько Господь сподобит меня, я должен ответить также на то ваше утверждение, в котором, говоря о душе, вы снова упоминаете мое имя и говорите: мы не допускаем, как утверждает очень способный и образованный епископ Августин, чтобы она была бестелесной, а также духом. Поэтому мы должны, во-первых, обсудить вопрос, следует ли считать душу бестелесной, как я сказал; или телесной, как вы считаете. Затем, во-вторых, называется ли она в наших Писаниях духом — хотя не как целое, а ее отдельная часть также должным образом называется духом. Но для начала мне хотелось бы знать, как вы определяете тело. Ибо, если это не тело, которое не состоит из членов из плоти, тогда земля не может быть телом, ни небо, ни камень, ни вода, ни звезды, ни что-либо в этом роде. Если, однако, тело — это то, что состоит из частей, больших или меньших, которые занимают большее или меньшее локальное пространство, тогда все вещи, о которых я только что упомянул, являются телами; воздух — это тело; видимый свет — это тело; и таковы все вещи, которые апостол имеет в виду, когда он говорит: есть небесные тела и тела земные (1 Кор. 15:40).

Глава 18. Первый вопрос, телесна ли душа; дыхание и ветер, не что иное, как воздух в движении.

Теперь, является ли душа такой субстанцией, это чрезвычайно приятный и тонкий вопрос. Вы, действительно, с быстротой, за которую я вас очень поздравляю, утверждаете, что Бог — это не тело. Но опять же, вы вызываете у меня некоторое беспокойство, когда говорите, если душа лишена тела, чтобы быть (как некоторым людям нравится предполагать) пустой, воздушной и бесполезной субстанцией. Итак, из этих слов вы, кажется, верите, что все, что лишено тела, состоит из пустой субстанции. Но если это так, как вы смеете говорить, что у Бога нет тела, не опасаясь последствий того, что Он состоит из пустой субстанции? Если, однако, у Бога нет тела, как вы только что допустили; и если нечестиво говорить, что Он из пустой субстанции; тогда не все, что лишено тела, является пустой субстанцией. И поэтому человек, который утверждает, что душа бестелесна, не обязательно означает, что она состоит из пустой и бесполезной субстанции; ибо он допускает, что Бог, Который не является пустым существом, в то же время бестелесен. Но обратите внимание, какая огромная разница существует между моим фактическим утверждением и тем, что вы предполагаете, что я скажу. Я не говорю, что душа — это воздушная субстанция; если бы я это сделал, я бы признал, что это тело. Ибо воздух — это тело; как заявляют все, кто понимает, что они говорят, всякий раз, когда они говорят о телесных субстанциях. Но вы, поскольку я назвал душу бестелесной, предположили, что я не только утверждаю простую пустоту ее, но, как результат такого определения, говорю, что это воздушная субстанция; тогда как я должен был сказать, что она не имеет телесности, которой обладает воздух, и что то, что наполнено воздухом, не может быть пустым. И ваши собственные сравнения с мешком не смогли напомнить вам об этом. Ибо, когда мешки надуваются, то чем, как не воздухом, который вдавливается в них? И они настолько далеки от того, чтобы быть пустыми, что по причине их растяжения они становятся даже тяжелыми. Но, возможно, дыхание кажется вам чем-то отличным от воздуха; хотя само ваше дыхание — не что иное, как воздух в движении; и что это такое, можно увидеть по встряхиванию веера. Что касается любых полых сосудов, которые вы можете считать пустыми, вы можете с уверенностью убедиться, что они действительно полны, опустив их прямо в воду горлышком вниз. Вы видите, что вода не может проникнуть внутрь из-за воздуха, которым они наполнены. Однако, если их опустить либо противоположным образом, ртом вверх, либо наклонно, они затем наполняются, поскольку вода входит в то же отверстие, через которое выходит воздух. Это, конечно, было бы легче доказать, проведя опыт, чем с помощью письменного описания. Однако сейчас не время и не место для более продолжительного обсуждения этого вопроса; ибо каким бы ни было ваше восприятие природы воздуха относительно того, имеет ли он материальность или нет, вы, конечно, не должны предполагать, что я сказал, что душа — это воздушное существо, но абсолютно бестелесное. И это даже вы признаете Бога, Которого вы не беретесь описать, как пустую сущность, в то время как вы не можете не признать, что у Него есть сущность , которая остается неизменной и всемогущей. Итак, почему мы должны бояться, что душа — это пустота, если она бестелесна, когда мы исповедуем, что Бог бестелесен, и в то же время отрицаем, что Он пустота? Таким образом, создание бестелесной души было в компетенции бестелесного Существа, подобно тому, как живой Бог создал живого человека; хотя, будучи неизменным и всемогущим, Он не передал эти атрибуты изменчивому и гораздо более низкому созданию.