Однако, по мнению некоторых, тех, кто по природе своей совершает то, что содержится в законе, следует рассматривать еще не в числе тех, кого оправдывает благодать Христа, а скорее как тех, некоторые из действий которых (хотя они принадлежат нечестивым людям, которые не поклоняются истинно истинному Богу) мы не только не можем порицать, но даже справедливо и заслуженно восхвалять, поскольку они были совершены — насколько мы читаем, или знаем, или слышим — в соответствии с правилом праведности; хотя в то же время, если бы мы обсуждали вопрос, с какой целью они совершаются, вряд ли было бы сочтено, что они заслуживают похвалы и защиты, которые подобают праведному поведению. Тем не менее, поскольку образ Божий не был настолько полностью стерт в душе человека пятном земных привязанностей, чтобы от него не осталось даже малейших черт, можно было бы справедливо сказать, что человек, даже в безбожии своей жизни, выполняет или ценит некоторые вещи, содержащиеся в законе; если это то, что подразумевается под утверждением, что язычники, у которых нет закона Божия, творят по природе то, что содержится в законе (Рим. 2:14), и что люди с таким характером являются законом для самих себя, и демонстрируют действие закона, начертанного в их сердцах, — то есть то, что было запечатлено в их сердцах, когда они были созданы по образу Божьему, не было полностью изглажено; даже при таком взгляде на предмет не будет нарушено то большое различие, которое отделяет Новый Завет от Ветхого и которое заключается в том факте, что по Новому Завету закон Божий написан в сердцах верующих, тогда как в Ветхом закон Божий, написанный в сердцах, в древности был начертан на каменных скрижалях. Ибо эта запись в сердце осуществляется путем обновления, хотя она и не была полностью стерта старой природой. Ибо точно так же, как этот образ Божий обновлен в разуме верующих Новым Заветом, который нечестие не уничтожило полностью (ибо, несомненно, осталось то, чем не может быть душа человека, если она не разумна), так и закон Божий, который не был полностью изглажен там неправедностью, несомненно, написан на нем, обновленный благодатью. Так вот, у евреев закон, который был написан на скрижалях, не мог привести к этой новой надписи, которая является оправданием, а только к преступлению. Ибо они тоже были людьми, и им была присуща та сила природы, которая позволяет разумной душе как воспринимать, так и делать то, что дозволено; но благочестие, которое переносит в другую жизнь, счастливую и бессмертную, имеет незапятнанный закон, обращающий души, чтобы светом его они могли обновиться, и в них свершилось то, что написано: Над нами проявился, о Господь, свет Твоего лика. Отвернувшись от Него, они заслужили гибель, в то время как они неспособны к обновлению иначе, как по благодати Христа — другими словами, без заступничества Посредника; существует один Бог и один Посредник между Богом и людьми, Человек Христос Иисус, Который отдал Себя в качестве выкупа за всех (1 Тим. 2: 5-6). Должны ли быть чужды Его благодати те, о ком мы говорим, и которые (в соответствии с тем, как мы уже говорили с достаточной полнотой) делают по природе то, что содержится в законе (Рим. 2:14). И какая польза будет от их извинительных мыслей для них в тот день, когда Бог будет судить о тайнах людей (Рим. 2: 15-16), если, возможно, это не послужит для них более мягким наказанием? Поскольку, с одной стороны, существуют определенные простительные грехи, которые не препятствуют праведному человеку в достижении вечной жизни, и которые неизбежны в этой жизни, так что, с другой стороны, есть некоторые добрые дела, которые не приносят пользы нечестивому человеку в достижении вечной жизни, хотя было бы очень трудно представить жизнь любого очень плохого человека полностью без них. Но поскольку в Царстве Божьем святые отличаются славой, как одна звезда от другой (1 Кор. 15:41), то и в осуждении на вечное наказание оно будет более терпимым для Содома, чем для того другого города (Лк. 10:12) в то время как некоторые люди будут вдвое большими детьми ада, чем другие (Мтф. 23:15). Таким образом, на суде Божьем даже этот факт не останется без значения — один человек будет грешить больше или меньше, чем другой, даже если оба вовлечены в нечестие, достойное проклятия.
Что же тогда мог иметь в виду апостол, — после пресечения хвастовства иудеев, сказав им, что не слушатели закона праведны перед Богом, но исполнители закона будут оправданы (Рим. 2: 13) — сразу после этого говоря о тех, которые, не имея закона, по природе своей делают то, что содержится в законе (Рим. 2: 14). Что, если под этим описанием не следует понимать тех, кто принадлежит к благодати Посредника, но скорее те, кто, хотя и не поклоняется истинному Богу с истинным благочестием, все же проявляют некоторые добрые дела в общем ходе своей нечестивой жизни? Или апостол, возможно, счел это вероятным, потому что он ранее сказал в Рим. 2: 11 и впоследствии, что Бог не только Бог евреев, но также и язычников, что даже такие незначительные дела закона, которые предлагаются природой, не были обнаружены у тех, кто не принял закон, разве что в результате остатков образа Божьего, которыми Он не пренебрегает, когда они верят в Него, ибо у Него нет никакого лицеприятия? Но какая бы из этих точек зрения ни была принята, очевидно, что благодать Божья была обещана Новому Завету пророком, и было окончательно объявлено, что эта благодать примет такую форму — Божьи законы должны были быть написаны в сердцах людей; и они должны были прийти к такому познанию Бога, чтобы каждый из них не учил своего соседа и брата, говоря: познайте Господа; ибо все должны были познать Его, от наименьшего до величайшего из них (Иер. 31:33-34). Это дар Святого Духа, посредством которого любовь изливается в наши сердца (Рим. 5:5) — на самом деле, не какая-либо любовь, но любовь Божья, исходящая из чистого сердца, доброй совести и непритворной веры (1 Тим. 1:5),, посредством которой праведный человек, живя в этом состоянии странствия, направляется далее, после стадий стекла и загадки, и того, что лишь частично, к действительному видению, в котором, лицом к лицу, он может знать так, как его знают (1 Кор. 13:12). Ибо одного он просил от Господа и этого он все еще ищет, чтобы он мог пребывать в доме Господнем во все дни своей жизни, чтобы созерцать благоволение Господа.