Глава 38. Мы не должны лгать, даже ради умеренности. Похвалу смирению не следует относить на счет лжи
Я действительно благосклонно отношусь к мнению нашего автора, когда он противостоит тем, кто говорит ему: То, что вы утверждаете, действительно кажется разумным, но высокомерно утверждать, что любой человек может быть без греха, отвечая, что если это вообще верно, это ни в коем случае нельзя назвать высокомерным утверждением; ибо с очень большой правдой и остротой он спрашивает, на какой стороне должно быть смирение? Никаких сомнений на стороне лжи, если вы докажете, что высокомерие существует на стороне истины. И поэтому он решает, и справедливо решает, что смирение скорее должно быть на стороне истина, а не ложь. Отсюда следует, что тот, кто сказал: если мы говорим, что у нас нет греха, мы обманываем самих себя, и истины в нас нет ( 1 Иоан. 1:8), должен без колебаний считаться сказавшим истину, а не думать, что он сказал ложь ради смирения. Поэтому он добавил слова: И истины в нас нет; тогда как, возможно, было бы достаточно, если бы он просто сказал: Мы обманываем самих себя, если бы он не заметил, что некоторые были способны предположить, что здесь используется выражение «мы обманываем самих себя» на том основании, что человек, который хвалит себя, даже превозносится за действительно хороший поступок. Так что, добавляя, что истины в нас нет, он ясно показывает (даже как наиболее верно замечает наш автор), что это совсем не верно, если мы говорим, что у нас нет греха, чтобы смирение, если его поставить на сторону лжи, не потеряло награду истины.
Глава 39. Пелагий прославляет Бога как Творца за счет Бога как Спасителя
Однако, помимо этого, хотя он льстит себе мыслью, что отстаивает дело Божье, защищая природу, он забывает, что, предсказывая разумность упомянутой природы, он отвергает милосердие Врача. Однако Тот, Кто создал человека, также является его Спасителем. Поэтому нам не следует так превозносить Творца, чтобы быть вынужденными сказать, нет, скорее, чтобы быть уличенными в том, что Спаситель излишен. Действительно, мы можем почитать человеческую природу достойной похвалой и воздать хвалу Творцу за ее славу; но в то же время, пока мы выражаем Ему нашу благодарность за то, что Он создал нас, давайте не будем неблагодарны Ему за наше исцеление. Наши грехи, которые Он исцеляет, мы, несомненно, должны приписывать не Божьему действию, а своеволию человека и подвергать их Его праведному наказанию; поскольку, однако, мы признаем, что в нашей власти было не совершать их, поэтому давайте признаем, что их исцеление зависит от Его милости, а не от нашей собственной силы. Но эта милость и исправительная помощь Спасителя, согласно этому автору, состоит только в том, что Он прощает прошлые прегрешения, а не в том, что Он помогает нам избежать грядущих. Здесь он самым роковым образом ошибается; здесь, хотя и невольно, — здесь он мешает нам быть бдительными и молиться о том, чтобы, поскольку он утверждает, что это полностью зависит от нашего собственного контроля, это не случилось с нами.
Глава 40. Почему в Священном Писании есть запись о грехах некоторых людей. Безрассудство в грехе считается такой большой потерей, когда не удается удовлетворить похоть
Тот, у кого есть здравое суждение, здраво говорит, что примеры определенных людей, о грехопадении которых мы читаем в Писании, записаны не с той целью, чтобы они могли поощрять отчаяние в том, чтобы не грешить, и, как представляется, каким-то образом обеспечивают безопасность в совершении греха, — но чтобы мы могли научиться смирению покаяния или же обнаружить, что даже в таких падениях не следует отчаиваться в спасении. Ибо есть некоторые, которые, впав в грех, скорее погибают от безрассудства отчаяния и не только пренебрегают средством покаяния, но и становятся рабами похотей и порочные желания их настолько велики, что они идут на все, чтобы удовлетворить эти порочные наклонности — как будто для них было потерей, если они не смогли выполнить то, к чему их побуждала их похоть, в то время как все это время их ожидает определенное осуждение. Чтобы противостоять этому болезненному безрассудству, которое слишком полно опасности и разрушения, есть великая сила в описании тех грехов, в которые до сих пор впадали даже праведные и святые люди.